Он — лучший пилот Военно-космических сил Солнечной подполковник Павел Затонов. Кому же еще другому могли поручить командование секретной миссией в глубокий тыл противника? Миссией, которая должна решить исход тянущейся уже более сорока лет войны.
Авторы: Бриз Илья
напробовалась – ты не представляешь, насколько вкусно оказалось! – что сейчас уже кушать что-то совсем не хочется.
Еще раз с удовольствием полюбовался цветущим видом жены, совсем неглубоко вздохнул и, запрограммировав себе большую порцию сибирских пельменей, отправился в ванную комнату мыть руки. А когда припомнил, что в холодильнике есть початая бутылка водки, пара стопок которой сейчас совсем не помешают, настроение, и так-то совсем неплохое, незамедлительно потянулось еще выше.
****
Форсировав Дурную, Сангарская армия в темпе прошла еще десять километров и уже в наступившей темноте встала на ночную стоянку у пологого холма рядом с трактом. Лагерь поставили быстро, только леди Вероника провозилась со своими людьми чуть дольше остальных, тщательно переупаковывая захваченные на погранпункте припасы и ругаясь с табунщиками, которые наотрез отказывались менять трофейных боевых коней на тягловых в пропорции один к двум. Пришлось герцогу, проверявшему караулы в засыпающем лагере, подойти к костру, около которого сгрудились спорщики, и разбираться с борзыми воинами из азорских добровольцев, еще не выучивших как следует устав:
– Это еще что такое?
– Смирно! – с явным облегчением скомандовала графиня, ни капельки не сомневаясь, чью сторону примет Кирилл.
– Вольно! Старший ко мне, – распорядился герцог, устраиваясь на плоском камне, еще не остывшем от палящего днем солнца. Зверюга привычно встал статуей сзади справа.
– Младший лейтенант Гозакер, командир табунного взвода, ваше высочество, – вытянулся перед юношей среднего роста худощавый мужчина.
Кирилл припомнил личное дело этого командира, перелистанное перед подписанием офицерского патента. Хозяйственный, хотя и из обедневшей семьи, когда-то имевшей собственный конезавод. Потому в табунщики и подался?
– Олег Гозакер, не скажешь ли, кому по уставу подчиняется табунный взвод?
– Командиру хозяйственной роты, ваше высочество, младшему лейтенанту Рудневой.
– А она кому подчиняется?
– Не могу знать, ваше высочество, – оттарабанил табунщик, глядя в глаза.
Кирилл хмыкнул про себя. Все этот Гозакер знает. Ретивость в душе взыграла, показать свою значимось этим мягким на первый взгляд сангарцам захотелось. Наказать сразу? Разжаловать? Наверное, не стоит – в конце концов, доброволец, только позавчера попавший в Сангарскую армию.
– Вот что младший лейтенант, еще раз соврешь – выгоню из войска. Все-то ты знаешь, включая непосредственное подчинение младшего лейтенанта Роговой главному интенданту армии лейтенанту Чистопрудниковой. Так какого же геная, ты отказываешься выполнять приказы своего прямого начальника?! – если первые слова звучали достаточно тихо, то потом голос герцога заметно повысился. – Пшел вон с глаз моих!
Буквально в мгновение ока все прыснули от костра подальше, только леди Вероника благодарно улыбнулась и козырнула перед уходом.
Обидел азорца? Поделом. Но не наказал. Вот это он поймет и злобы не затаит – вон взгляд какой преданный был. Может быть, как намекает Астория, у меня действительно есть какая-то аура, при близком общении привлекающая людей?
Над самым горизонтом засверкала, заметная даже при свете чуть притухшего костра, Бета. И когда получится добраться до этой, самой близкой к Инти звезды? А Лана, красивая бойкая девчонка, вблизи чужие звезды уже никогда не увидит. Совсем ведь молодая была, еще и полтинник не разменяла.
Зверюга, как будто почувствовав грустное настроение хозяина, подошел и потерся головой о колено. Кирилл потрепал пардуса по загривку, опустив взгляд ниже. Луны не было видно, Бета светила совсем уж слабо, да еще костер мешал, но ночное зрение все-таки позволяло разглядеть редкую на этой широте степь довольно далеко. Если бы еще не этот заросший холм с севера…
Он смотрел, и вдруг откуда-то из глубины подсознания выплыло:
И вечный бой, покой нам только снится
Сквозь кровь и пыль летит, летит степная кобылица
И вьет ковыль…
Герцог повторил про себя строчки еще раз. Насколько к месту! Но вот откуда они? Собственные таланты по стихосложению у Кирилла отсутствовали напрочь. Сколько в детстве учитель словесности не бился с ним, ничего не получалось. Запомнить с первого раза чужие стихи и прочитать с соответствующим выражением – это легко. А самому пару слов зарифмовать никогда не получалось. Тогда откуда эта красота взялась?
Зверюга опять ткнулся головой в колено, но в этот раз ему требовалась никак не ласка. Гепард, чуть прикусил руку и потянул к центру лагеря, где в окружении палаток подразделений, стояли шатры командования. Все понятно – опять на
