Он — лучший пилот Военно-космических сил Солнечной подполковник Павел Затонов. Кому же еще другому могли поручить командование секретной миссией в глубокий тыл противника? Миссией, которая должна решить исход тянущейся уже более сорока лет войны.
Авторы: Бриз Илья
с задания вознаграждении. Сумма была настолько фантастическая, что, наверняка, проще было убрать Затонова с этого света, чем заплатить. Впрочем, особой надежды на возвращение у Павла и без четкого осознания сложности ситуации не было. Если возможность успешно добраться до Наташки сама по себе была довольно-таки низкой – майор, получив доступ, скачал необходимые карты и прикинул маршрут в виртуале – то вероятность благополучно вернуться была исчезающее мала.
Паниковать Павел не стал. Все-таки цель задания была достаточно благой. Запустил в сеть мину замедленного действия – даже если он не вернется, но миссия будет выполнена, командующий будет вынужден заплатить все обещанное родителям майора.
Следующим животрепещущим вопросом стала… Сюзанна.
Женщин у Затонова всегда было много. Вроде бы совсем не красавец, но они почему-то липли к нему, как пчелы на мед. Никогда не понимал, и чего бабы в нем находят? Ниже среднего роста, грубо и чуть непропорционально вычерченные черты лица, нос картошкой. Наглый? Возможно. За словом в карман не лезет? Ну уж нет, скорее косноязычный. И, это надо честно признать, Павел никогда не относился к девушкам серьезно. Пофлиртовать, поболтать о всякой ерунде, затем обязательно в постель – получить удовольствие и сбросить напряжение. Уже на следующий день рядом могла оказаться совсем другая. Представить, что с ним годами может быть одна и та же, Павел не мог. Очень долго не мог, пока однажды на предполетном осмотре не обратил внимания на маленькую хрупкую итальянку, совершенно не соответствующую представлением Затонова об этой нации. Белокурая красавица скорее с испанской фамилией. Она, в отличие от других многочисленных девушек на базе – еще с командного факультета в Космоакадемии он знал, что психологи давным-давно настояли на включение в штат дальних баз избыточного количества женского персонала – никогда не пыталась сблизиться с другими офицерами. Резко и недвусмысленно посылала любого, кто только пытался заигрывать с ней, и всегда держала дистанцию. Как-то совершенно случайно тогда еще капитан поймал в отражении от зеркальной поверхности медицинского прибора какой-то странный ищущий взгляд. Посмотрел прямо – нет, смотрит холодно и отстраненно. Сначала Павел приударил за Сюзанной из чисто спортивного интереса. Да и просто посмотреть, какова эта недотрога в постели было любопытно. В очередной раз, выбравшись после боевого вылета из реаниматора, нагло раздел ее глазами, представил без всегда глухо застегнутого комбинезона и, вогнав в краску своей эрекцией, затащил в тесную душевую кабинку. Девушка совсем не сопротивлялась, позволив полностью раздеть себя, была абсолютно пассивной, не издала ни звука. Только потом уже тоскливо посмотрела в глаза, сказав всего два коротких слова:
– Эх ты…
Прятался от нее пару дней, совершенно не понимая причины. Не было с ним никогда такого, чтобы слова покоренной женщины хоть как-то смутили. Потом не выдержал, приперся к люку ее каюты и выжал сенсор вызова. Когда перепонка растаяла перед Павлом, вошел и… Ненавидящий взгляд буквально прожег его. Бухнувшись на колени, стал просить прощения. Никогда ни перед одной не извинялся, а тут… Глазам своим не поверил – Сюзанна, опустившись перед ним, прошептала «Дурак. Какой же ты дурак» и прильнула губами. Затем в постели… Не было больше никакой пассивности! Сплошная экспрессия, самозабвенность и грация дикой кошки! Кто кого больше вымотал тогда, это еще вопрос. А ее изобретательность…
Всего через несколько дней, барражируя в отведенном для патрулирования секторе, Павел представил, как по возвращению на базу обнимет свою Сюзанну, как она доверчиво прижмется к нему… До пилота вдруг дошло, что другие девушки отныне совершенно ему неинтересны, что теперь для него существует только одна женщина – маленькая стройная итальянка с горящим взором. Уже потом заметил, что такой взгляд у нее бывает лишь в двух случаях – если смотрит на него или есть интересная работа. Когда Сюзанна потребовала в будущем, после окончания очередного контракта с армией перед заключением следующего, подписать брачный договор, тут же согласился. Павел сам уже не мыслил свою жизнь без нее. Вот прилетят в отпуск на Землю и сыграют свадьбу. В конце концов, когда-то надо определяться – все-таки тридцать семь уже стукнуло. На счету в банке уже давно скопилась довольно-таки приличная сумма – за боевые вылеты платили неплохо, а еще обязательные премиальные за сбитых генаев. Да и родители во время каждого отпуска намекают, что совсем не против понянчить внуков. Сами-то, интересно, почему больше детей не заводят? Ведь совсем нестарые еще – обоим по шестьдесят три. В двадцать пятом веке это не возраст. Ну, раз все-таки
