Дебора и Саймон Сент-Джеймс отправляются отдохнуть в Ланкашир, надеясь отвлечься там от всех проблем, грозящих разрушить их брак. Но там супругов ждет страшная весть: викарий Уинсло, которого они приехали навестить, скоропостижно скончался от отравления. Неудовлетворенный тем, как ведется следствие, Саймон призывает на помощь своего старого друга инспектора Томаса Линли. Вместе они распутывают клубок взаимоотношений, в основе которых лежат страсти, бросающие одних в объятия друг другу, а других — в бездну.
Авторы: Элизабет Джордж
себя, я не стану обижаться, если у тебя появится женщина.
— Тогда почему же ты не…
— Потому что в ту ночь я поклялся себе — что бы ни случилось, — я не предам ее. И предал Да еще с тобой. Ее подругой.
— Мы ведь не хотели… Просто так получилось. Он снова взглянул на нее. По-видимому, он слишком резко вскинул голову — от неожиданности она растерянно заморгала. Немного хереса выплеснулось прямо на ее юбку. Лео с интересом понюхал.
— Какое это имеет значение? — хмуро произнес он. — Энни умирала. А мы развлекались в амбаре на пустоши. Теперь уже ничего не изменишь. Что было, то было.
— Но ведь она тебе сказала…
— Нет. Не… с… ее… подругой
Глаза Полли сверкнули, но слез в них не появилось.
— В тот день ты отвернулся от меня, Колин, не смотрел на меня, не прикасался ко мне и почти не говорил. Сколько еще времени мне мучиться из-за того, что случилось? И вот теперь ты… — Она всхлипнула.
— Что теперь я? Она опустила глаза.
— Теперь я? Что теперь?
Ее ответ прозвучал как заклинание.
— Я сожгла для тебя кедр, Колин. Положила пепел на могилу. Положила на пепел кольцевой камень. Дала Энни кольцевой камень. Он лежит на ее могиле. Можешь посмотреть, если хочешь. Я отдала кольцевой камень. Я сделала это ради Энни.
— Что теперь? — опять спросил он.
Она наклонилась к псу и потерлась щекой о его голову.
— Ответь мне, Полли. Она подняла голову:
— Теперь ты наказываешь меня снова.
— Как?
— И это несправедливо, потому что я люблю тебя, Колин. Я полюбила тебя раньше. Я любила тебя дольше, чем ее.
— Ее? Кого? Как я тебя наказываю?
— Я знаю тебя лучше, чем все остальные. Я нужна тебе. Вот увидишь. Даже мистер Сейдж говорил мне об этом.
От этих слов по телу у него поползли мурашки.
— Что он тебе говорил?
— Что я тебе нужна, что ты пока этого не знаешь, но скоро поймешь, если я останусь тебе верна. А я хранила тебе верность. Все эти годы. Всегда. Я живу ради тебя, Колин.
Ее клятвы верности его мало интересовали, зато слова «даже мистер Сейдж говорил» требовали разъяснения и действия.
— Сейдж говорил с тобой про Джульет, да? — спросил Колин. — Что же он говорил?
— Ничего.
— Он давал тебе какие-то заверения? Какие? Что она прекратит наши отношения?
— Нет.
— Ты что-то знаешь.
— Ничего не знаю.
— Скажи мне.
— Мне нечего…
Он встал. Их разделяли три фута, но она все равно испуганно отпрянула. Лео поднял голову, насторожил уши и заворчал. Полли поставила стаканчик с хересом на пол возле очага, но не выпускала из рук.
— Что тебе известно о Джульет?
— Ничего. Я уже сказала. Ровно ничего.
— А о Мэгги?
— Тоже.
— А об ее отце? Робин Сейдж говорил тебе что-нибудь о нем?
— Нет!
— Но вы же говорили обо мне и Джульет, не так ли? Он давал тебе заверения. Как тебе удавалось получать от него информацию, Полли?
Она вскинула голову, и ее волосы рассыпались по плечам.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Ты спала с ним? Ты каждый день находилась в доме викария по нескольку часов. Ты не пыталась его околдовать?
— Никогда!
— Ты увидела какую-то возможность испортить наши отношения? Это он подсказал тебе ее?
— Нет! Колин…
— Это ты убила его, Полли? А всю вину свалили на Джульет?
Она вскочила на ноги, расставила их и уперлась кулаками в бедра.
— Теперь послушай. Это она тебя околдовала и помыкает тобой. Убила викария, и все сошло ей с рук. А ты настолько ослеплен похотью, что ничего не видишь.
— Это был несчастный случай.
— Это было убийство, убийство, убийство, и сделала это она, и все об этом знают. А тебя считают дураком, потому что ты ей веришь. И знают, почему ты ей веришь. Знают, что ты получаешь от нее, знают даже когда. Не кажется ли тебе, что она делала с нашим дорогим викарием то же самое?
Викарий… викарий… Колин тут же почувствовал жар. Его мускулы напряглись. Он занес руку для удара.
Полли вскрикнула, отшатнулась. Задела ботинком стаканчик с хересом. Он полетел к камину и раскололся о решетку. Херес пролился и зашипел. Пес залаял.
Колин стоял с занесенной для удара рукой. Полли была не Полли, он не он, а прошлое и настоящее ревели вокруг него словно зимний ветер. Рука занесена, лицо искажено так, как он видел тысячу раз у других, но сам никогда ничего подобного не испытывал, такое ему и в дурном сне не могло присниться. Поднять руку на женщину? Да какой он после этого мужчина?
Лео заливался лаем.
— Тихо! — рявкнул Колин.
Полли поежилась. Отступила еще на шаг. Подол ее юбки коснулся пламени. Колин схватил ее за руку, чтобы оттащить от огня. Она
