Кассандра

об этом, а расспросить Ксану при встрече.
Сходив в туалет и спуская за собой воду в унитазе, Леонид подумал, что завтра, возможно, очутится там, где бегут реки нечистот, наполняя воздух одуряющим запахом мочи и дерьма… Его затошнило, и он поспешил выпить стакан минералки, которую затем запил крепчайшим заварным кофе. Предстоящее завтра путешествие под землю ему все больше не нравилось, но окончательное решение он отложил до утра.

Воздух с шумом заполнял декомпрессионную камеру, а я, присев на корточки, мечтал поскорее выйти наверх и глотнуть вместо искусственного настоящий воздух, напоенный весной, а если его еще сдобрить дымком папирос «Любительских»… Даже голова закружилась от предстоящего удовольствия, и я осмотрелся. Моя бригада только что отбарабанила смену у проходческого щита, в основном она состоит из молодежи, самый старый – я, мне далеко за сорок. Царит оживление, парни обсуждают планы на завтра – первый долгожданный выходной после того, как случилась авария – тисон

попал на плавун, и в титул

хлынула вода. Положеньице тогда сложилось невеселое – мало того что мы строим тоннель под рекой, так еще и подземные воды сюрпризы приносят! Еле тогда ушли, слава Богу, все остались живы. Богу… слава… которого нет, ибо так угодно нашей новой власти. А чем старая была хуже?! Понимаешь это, только прожив жизнь и имея возможность сравнивать. Окружающие меня ребята слишком молодые – у них мозги забиты газетными лозунгами о светлом будущем. А может, мое светлое будущее осталось в прошлом?!
Крамольные мысли для члена партии, передовика производства, но я никогда и ни с кем ими не делюсь. Не делюсь я не только мыслями – кругом столько завистников, бузотеров, голозадых, которые все тратят на водку и рестораны. Им кажется, что вся жизнь впереди, а она над ними посмеется и унесется вскачь.
Давление в камере уравновешивается с наружным, двери с шумом открываются, и молодежь спешит выскочить из кессона. Я не спешу: знаю таких не следующих инструкциям. У многих имеются проблемы со слухом изза этой спешки. Торопятся заскочить внутрь, выскочить наружу, а давлението разное, вот и рвет барабанные перепонки, оставляет глухими тетерями.
Я выхожу из кессона и иду степенно, размеренно, как и положено бригадиру передовой бригады – мое фото красуется на стенде перед зданием администрации.
– Кузьмич, постой! – окликнула меня машинистка из отдела кадров, Машенька, милое и глупое создание. – Тебе следует зайти к нам. Терентий Сергеевич вызывает.
– Чтото срочное? Я после смены – устал до невозможности. Двадцать процентов сверх плана, – позволил себе засомневаться во всесильности начальника отдела кадров, который для этой девочки – бог. Хотя есть еще начальник титула, вновь назначенный товарищ Баренбойм.
– Поторопитесь. – Как и ожидал, ее голос стал сухим и официальным, но она объяснила: – Там вас ждут какието товарищи.
– Наверное, из газеты? – продолжал дразнить девчонку. – Им срочно требуется моя фотография – в прошлый раз не доснимали?
– Ваше фото есть – но очень старое, вы там еще в гимнастерке, с погонами. Не очень похожи, Терентий Сергеевич засомневался… Они – оттуда. – Девушка подняла глаза кверху, и мне стало все понятно, а душа мгновенно ушла в пятки, аж мороз пробрал по коже, несмотря на светящее солнышко. Тут девушка, видно, почувствовала, что сболтнула лишнее: – Пойдемте быстрее – Терентий Сергеевич будет сердиться за задержку, я вас провожу.
– Конечно, поспешим, – согласился я, стараясь выглядеть спокойным, – лишь на минуту заскочу к себе – как я в таком виде покажусь гостям? Даже душ не принял. Хоть переоденусь.
– Об этом Терентий Сергеевич ничего не говорил, – возразила девушка.
– Ты хочешь выглядеть красивой? Я тоже, не хочу уронить марку рабочего человека, показавшись в таком виде. Всего пять минут. Иди, подождешь меня у входа в здание администрации.
– Нет, Терентий Сергеевич приказал мне вас сопроводить – он не любит, когда его указания не исполняются в точности.
– Хорошо. Пошли вместе, но я все же переоденусь. Подождешь у двери комнаты.
Мы зашли в барак, разделенный на комнатки, каждая на четыре человека – неслыханная роскошь. Как я и ожидал, внутри было пусто – мои однокомнатникисоседи сразу отправились на обед в столовую. Я быстро переоделся в новый костюм, рассовал припрятанные деньги по карманам. Выглянул за дверь – девушка стояла со скучающим видом.
– Машенька, поди сюда, – попросил я и скрылся в комнатушке, где тесно стояли четыре койки и один шкаф.
– Чего вам, Кузьмич? – остановилась она