Кассандра

Леонид нежно взял Ксану за руку, а она неожиданно резко ее вырвала.
– Нажремся водки и завалимся трахаться в кровать, думая каждый о своем? – насмешливо спросила она, и мгновенно все очарование увиденного померкло.
– Я ничего такого не имел в виду – хотел тебя угостить в благодарность за прекрасное путешествие, – начал растерянно оправдываться Леонид.
– Прекрасное путешествие! – с иронией произнесла девушка, насмешливо глядя на него. – А в трубе, наверное, чуть не наложил в штаны? Извини, что я так грубо, зато откровенно.
– Путешествие мне очень понравилось, – сухо отметил Леонид, уже желая как можно скорее расстаться с Ксаной.
– А знаешь, почему я тебя туда повела?
– Не знаю, для чего же?
– Под землей все становятся настоящими и равными, не так, как наверху. Там ты нуждался во мне, я в тебе, а здесь между нами пропасть, и каждый из нас может уйти куда угодно, и мы больше никогда не встретимся.
«К чему она клонит?» – растерялся Леонид и, чтобы чтонибудь сказать, спросил:
– Думаю, я прошел испытание, – когда же увижу таинственную Кассандру?
– Это не было испытанием, это лишь помощь друга, чтобы ты разобрался в самом себе. А меня сегодня ожидает еще одна такая встреча, – рассмеялась Ксана и, резко сорвавшись с места, исчезла в темноте парка.
Леонид застыл в нерешительности: «Побежать за ней? Глупо. Телефон ее у меня есть – позвоню, а скорее всего, она сама объявится».
Вспомнил, что намеревался вечером зайти к Эльвире, но, к своему удивлению, уже не имел желания ее увидеть, словно подземное путешествие излечило его от тяги к этой женщине. Ее образ потускнел, перестал быть волнующе притягательным, и его мысли переключились на Стаса. Вспомнил, как тот в телефонном разговоре сообщил, что раскопал чтото особенное. Позвонил ему на мобильный – тот оказался вне зоны; на всякий случай перезвонил домой, но безрезультатно.
«Ладно, встреча со Стасом подождет до завтра, а пока надо напомнить о себе и картинах журналистской братии». Он позвонил Игнату, и, встретившись по традиции в кафе, они обговорили сюжет будущей радиопередачи о картинах Смертолюбова.
Выйдя из кафе и распрощавшись с Игнатом, Леонид, несмотря на позднее время, все же решил поехать к Эльвире. Ему захотелось убедиться в том, что женщина, которая в последние дни не покидала его мысли ни днем, ни ночью, перестала его волновать, а значит, потеряла власть над ним. Сценарий предстоящей встречи он не придумывал, но решил: как бы поздно их встреча ни закончилась, домой должен вернуться обязательно, чтобы не испытывать терпение Богданы.
По дороге его начали мучить мысли: «Почему ты такой самоуверенный, почему предполагаешь, что Эльвира до сих пор не отходит от окна, надеясь на встречу с тобой? Она женщина страстная и, повидимому, долго без мужского внимания обходиться не может. Ты проигнорировал ее просьбы о встрече, а ведь она даже просила о помощи и предупреждала об опасности, а ты счел все это блефом, не попытавшись разобраться. После всего этого не удивляйся, если застанешь ее дома не одну, а с мужчиной». И Леонид, несмотря на обретенную защиту, почувствовал укол ревности. Он стал себе доказывать, что так будет даже лучше – меньше проблем. Но, пока ехал, волнение все нарастало, рисовалась неприятная картина – при встрече она торжествующе скажет: «Я тебя звала, а ты не шел, что я – деревянная? Любовь и страсть не любят времени и расстояний».

– Ааа! Хочуу! Хочу умереть! Ааааа! – кричу я от боли и бью своими пожелтевшими, исхудавшими ручкамипалочками по несвежей постели, но крик безответно гаснет в холодных стенах моего жилища.
Своим криком я не рассчитываю привлечь чьелибо внимание, не надеюсь на помощь – меня давно уже позабыли, вычеркнули из жизни, осталось лишь похоронить – но это будет скоро, очень скоро. Вчера все праздновали встречу Нового года, все – кроме меня. Никто даже не удосужился поздравить меня по телефону, пожелать… а что можно пожелать умирающему? Только легкой смерти, во сне.
– Яду мне! Яду! – кричу я.
Действие яда парализует сердце, легкие, и человек умирает от удушья. Это только в кино смерть бывает легкой – выпил, упал и все. На самом деле будешь кататься по земле, мучаясь от ужасной боли, задыхаясь, захлебываясь пеной, идущей изо рта. Но разве сравнится та боль с этой, которую я постоянно чувствую, которая сводит меня с ума? Смерть страшит здоровых людей, для таких больных и немощных, как я, это избавление.
Снотворное, мне необходимо выпить много снотворного – идеальная смерть во сне. Заснул – и все. Меня ведь не будет уже волновать мое посиневшее лицо, пузырьки желтой пены у рта, словно напился шампуня? Подмарафетят, сделают красивым