Кассандра

Чтобы успокоиться, включил приемник. Из динамиков зазвучал Кузьма Скрябин – его последний хит «Люби до смерті». Многократное повторение в припеве «Люби до смерті! Люби до смерті! Люби до смерті!» вновь напомнило ночи, проведенные с Эльвирой, перед внутренним взором возникло ее мертвое лицо и окоченевшее тело – «Люби до смерті! Люби до смерті!».
Леонид, заходя в райотдел, огляделся и словно поновому увидел окружающий мир: вереницы автомобилей медленно тянулись в обоих направлениях, по тротуарам спешили и неторопливо прогуливались люди, одолеваемые заботами дня и страдающие от избытка свободного времени. Но, пожалуй, никто из них не испытывал такого тяжелого чувства, с каким он вошел в кабинет следователя. Здесь, а точнее, на столе Василия Васильевича царил бедлам: кипы документов загромождали всю его поверхность, а часть даже была на полу. За двумя соседними столами сидели мрачные мужчины и чтото сосредоточенно писали, не обратив на приход Леонида никакого внимания.
– Заходите – вы приехали даже чуть быстрее, чем я ожидал, так что пока не управился со своими делами, – сообщил следователь.
Заметив вопросительный взгляд Леонида, осторожно маневрировавшего среди стопок папок, лежащих на полу, Василий Васильевич пояснил:
– Перехожу на повышение в другой район – начальником следственного отдела. Знаете, как это часто бывает: здесь еще не все сдал, а там уже принял. Собственно, вопросы у меня связаны с новым назначением. Вы Эльвиру Самойленко знаете?
– Самойленко – нет. У меня есть знакомая Эльвира, но у нее другая фамилия – Смертолюбова. – Леонид внутренне подобрался. «Вот и произошло то, чего я так боялся. Сейчас он поинтересуется, когда я был у нее в последний раз».
– Смертолюбова она по мужу, но в паспорте не меняла свою фамилию, вернее, фамилию первого мужа. Когда вы с ней виделись в последний раз?
– Несколько дней тому назад, а чтобы сказать точнее, надо напрячь память. Мы не очень хорошо знакомы. – Ему вспомнилось, как ночью она, разгоряченная после секса, шептала ему слова любви. – Видите ли, она моя клиентка. Мы познакомились недавно, и она дала мне несколько работ покойного мужа, художника, для реализации.
– Как успехи с их продажей?
– Пока никак. Попробовал выставить несколько работ на сайте в Интернете, но с аукциона их убрали – художник не именитый, совсем незнаком интересующейся искусством публике. Пытаюсь чтонибудь придумать.
– Эльвиру Самойленко вчера обнаружили мертвой.
– Какой ужас! – немного фальшиво воскликнул Леонид, и Василий Васильевич сразу устремил на него свой пытливый взгляд.
– А вы не знали?
– Откуда? У нас нет общих знакомых. – Леонид взял себя в руки. – Отчего она умерла? Ведь такая молодая, красивая – ей бы жить да жить.
– Передозировка наркотиков. Похоже, она стала колоться совсем недавно, можно было принять за несчастный случай. – Леонид вспомнил мертвого Стаса и гарцующего на нем лысого Баху. – Но она оставила записку: «Больше не в силах этого выносить». Слово «этого» написано прописными буквами. Как вы думаете, что бы это значило?
Леонид немного успокоился, услышав, что смерть Эльвиры не связывают с криминалом.
– Не знаю. Это может быть что угодно: несчастная любовь, болезнь, Бог знает что еще…
– Вот и мы пытаемся это выяснить, тем более что после ее смерти в квартиру ктото заходил. Случаем, это были не вы?
– Нет, что мне там было делать? Мы с Эльвирой больше общались по телефону.
– Да, последний, кому она звонила, были вы. Многократно и даже ночью. Что она хотела?
– Мне показалось, что она была пьяна, а может, находилась под действием наркотиков? Несла какуюто чушь. Я хотел спать и отключил телефон. На следующее утро уже она не отвечала на мои звонки.
– Хорошо. На этом пока закончим. Может, вы мне еще понадобитесь, но тогда придете ко мне на новое место работы. Давайте пропуск, я его подпишу.
Несмотря на то что все благополучно закончилось, лоб у Леонида покрылся испариной, и чтобы немного отвлечься, он, в свою очередь, спросил:
– Вы намекали на какойто мой интерес в нашей встрече? В чем он?
– Ах, да. Совсем забыл. Смерть вашего друга Новицкого – вас смущало одно обстоятельство: место, где обнаружили труп. Дело уже закрыто, но была одна деталь, которая меня тоже насторожила. Никакой зацепки я не нашел. Вот, посмотрите… – Следователь достал из ящика стола женскую заколку. – Ее обнаружили в постели Новицкого, и, согласно заключению судмедэксперта, он незадолго до этого занимался сексом.
– Вы думаете, эта женщина открыла газовый кран и убила Стаса?
– Если бы я так думал, то дело не закрыли бы. Отпечатки на газовом кранике – Новицкого, и других нет, даже смазанных.