Катар. Дилогия

Стрельба двойным патроном. Если буйвол не упал, добиваете до полной готовности. Нас шестеро, на каждого по одному. Стрельба по моей команде. — Голос Дока смолк.
— Я готов, — в прицеле Артёма стоял один из самых крупных самцов левого края. — Мой самый левый, — Артём перевёл перекрестье прицела на желательное место, под лопатку, с расчётом, что пуля пробьёт сердце животного.
— Окей. Готова, — Лид тоже завершила прицеливание, по внутренней связи пришли доклады о готовности группы.
— Пли, — через секунду после приказа Дока Артём выпустил первую пару пуль в полёт и увидел, как вздрогнул, сделал прыжок и рухнул его буйвол. Рядом повалился второй, Лид тоже отстрелялась.
— Дог, наша пара готова.
— Вам ещё одного, — пришёл ответ.
— Окей, — предвидя такую возможность, Артём держал на прицеле ещё одного быка, который тревожно смотрел в его сторону. — Дах! Дах! — Стадо начало сбиваться в кучу, буйвол Артёма упал на колени, но пытался встать. — Дах. — Единичный выстрел с заднего сиденья глейдера прекратил попытки буйвола, он завалился на бок, дрыгая ногами. По внутренней связи прокатилась волна докладов о поражении целей.
— Включаем «пугалки» и выдвигаемся к цели, — «пугалками» Док называл сигнальное устройство, выпускающее низкочастотный звук, от которого местная живность разбегалась, как от пожара. Эффект был пугающим. — Приближаемся к своим тушам и занимаемся переработкой.
Включение «пугалок» и приближение трёх глейдеров вызвало паническое бегство стада буйволов. Артём подогнал глейдер к первому быку, приземлился и осмотрел трофей. Буйвол был раза в два больше горного козла. Артём сделал нужные разрезы по внутренней стороне задних ног гиганта, освободил сухожилия, зацепил острыми крюками тушу. Лид уже выдвинула стрелу и опустила два гака.
— Поднимай, — ноги вышли на уровень груди и «двойка» начала снимать с них шкуру, подсекая места, где она держалась плотнее. Артём уже понимал работу и за час его «двойка» оставила висеть над землёй голую тушу.
Артём перешёл ко второму этапу. Отрубить голову не составило проблем. Вскрыть брюшную полость и разрубить грудину тоже. Осторожно вырезав и бросив в пакет желчный пузырь, Артём обрезал диафрагму и резко дёрнул потроха вниз: внутренности вывалились на расстеленную по траве шкуру. Лид занялась потрохами и ливером, Артём головой, вырезав язык. Последние разрезы он произвёл, когда Лид собрала лёгкие, печень и сердце в контейнер и сообщила, что половые железы и поджелудочная железа погружены в пакеты. Разрубив тушу на четыре части «двойка» уложила добытое в холодильный отсек и, свернув шкуру, двинула к буйволу Лид. На разделку и погрузку одной туши ушло полтора часа.
Второй буйвол был разделан за час двадцать, к этому времени Док подвёз к ним часть туши своего быка, и камера была забита доверху.
— Я вижу, у вас всё нормально. Грузи тушу целиком поверх камеры. Закрепи её запасным тросом и затяни через лебёдку, — распорядился Док. — Я к третьей «двойке», что-то они долго копаются.
— Давай, — махнул в ответ Артём и Док с Ютой укатили помогать Стану и Ленце.
Минут через пятнадцать туша была поднята в холодильную камеру, закреплена, а Артём и Лид, скинув костюмы спецодежды, измазанные в крови, сидели в глейдере. Артём завёл машину, поднял её осторожно в воздух и подлетел к завершающим погрузку глейдерам первой и третьей «двоек». Минут через десять колонна группы выдвинулась в сторону базы. На месте добычи суетились падальщики, которых оказалось неожиданно много.
— Они сидели от нас в сотне метров, — Лид проследила за взглядом Артёма. — Как только мы поднялись в воздух и отключили низкочастотный излучатель, они наперегонки кинулись к кучам с потрохами.
— Ты молодец, Лид, — девушка старалась изо всех сил, и Артём решил её подбодрить, в машину Лид ввалилась полностью вымотанной. — Мы с тобой управились с парой туш за три часа.
— Ага. А первая «двойка» разделала три и ещё успела помочь Стану с Ленцой.
— Это из-за Дока. Он спец, — ответа от Лин не пришло и, оглянувшись, Арт увидел, что она спит….
Гружённый двумя с половиной тушами «Скат» слушался руля гораздо хуже, но Док не гнал колонну. Семьдесят километров до базы группа преодолела за неполный час на высоте десяти метров над землёй. Гораздо труднее было подняться на двухсотметровую высоту парковочного бокса и войти в люк: ветер на высоте был довольно сильным, а глейдер шёл тяжело и набирал высоту довольно туго, несмотря на то, что Артём держал рычаг вертикального подъёма на максимуме. Перед люком Скат болтало, как игрушку, но выбрав удобный момент, Артём загнал машину в бокс и поставил на своё место. Минут через пять влетела