Катар. Дилогия

и дав задание искину предупредить его, если появятся буйволы, Артём спокойно позавтракал и через тридцать минут полёта получил от искина доклад, что буйволы обнаружены. Следовало проверить пристрелку в первую очередь снайперской винтовки «Мар-24». Артём вынул винтовку из кармана в правой стенке глейдера, проверил крепление прицела и установил стрельбу на расстояние семьсот метров, такое расстояние до стада буйволов показывал тактический комплекс.
Приближаться к цели ближе землянин не стал, а раздвинул бронестекло и выставил ствол с накрученным на него глушителем наружу. Цель в прицеле скачком приблизилась и Артём, наведя ничего не подозревающему буйволу перекрестье прицела в глаз, нажал на курок.
— Птф. — Стрелял Артём не снайперским, а простым стандартным патроном, но голова буйвола мотнулась, и он стал заваливаться вперёд. Артём перевёл прицел на стоящего рядом крупного быка, но тот повернул голову в сторону падающего и Артём перевёл перекрестье на область сердца и опять нажал на курок. — Птф.
Стадо его не слышало и не видело, но падающие один за другим крупные быки всё же его встревожили, и оно, видимо, уже познакомившееся с человеком и его методами, ломанулось в сторону реки справа, оставив девять туш, лежащими на земле.
Артём, отстрелявшись, перезарядил ружьё, перевёл его на предохранитель и подлетел к лежащим недалеко друг от друга буйволам. Восемь выстрелов были удачными, но на одного буйвола ушло два патрона. Искин без напоминания включил инфразвуковой отпугивающий сигнал, а Артём, переодевшись в спецодежду, занялся разделкой туш. Навык забойщика не утратился, Артём на полном «разгоне» укладывался в тридцать минут и за четыре часа сумел загрузить в холодильник шесть туш, а три увязать лебёдкой на его крышу. Птах дошёл до базы без потери скорости, хотя нёс почти десять тонн груза.
Час ушёл на разгрузку и обед и в два часа Артём вылетел на «бойню» во второй раз. К семи он опять вернулся с полной загрузкой и решил слетать ещё раз, но в этот раз с расчётом вернуться к десяти. Итогом третьего рейса стали три буйвола. За день, прилично устав от работы, Артём отдал три туши Доку в счёт недели проживания, одна пошла в расчёт за пятьсот литров топлива, а семнадцать пошли на склад, как туши Артёма.
— Неплохо ты, — Док Март был удивлён, но вида не показывал.
— Хороший ствол, глейдер тянет за раз девять туш, — усмехнулся Артём.
— Может, будешь сдавать их мне не в качестве платы за проживание, а за деньги?
— Дог, ты с меня в качестве платы за проживание, аренды стоянки для глейдера, места в холодильнике и складе ловишь сорок пять штук. На топливе и расходниках поймаешь прибыли ещё десятку. Пятьдесят пять штук вполне приличные деньги. Сдавать тебе с минусом в треть я не буду, но можно сделать по-другому, — подумав, предложил Артём.
— Как?
— Ты засчитываешь мне добычу без скидок по её продажной цене, а я у тебя забираю все желчные пузыри, поджелудочные и половые железы с наценкой в десять процентов. Если у меня денег не хватит рассчитаться с тобой тушами, то я заплачу деньгами.
— А что ты с этого ловишь?
— Дог. Один желчный пузырь, прошедший у тебя через экстрактор, это сто грамм сушёного порошка. Согласен?
— Да.
— У тебя его берут за сто кредитов. В итоге это кредит за один грамм. Поджелудочная железа в этом расчёте тянет полтора кредита, а подовые железы по два кредита за грамм. Я перемелю все эти железы и прессом сдавлю их в брикеты по килограмму. Для тебя составляют секрет цены на брикеты в Колониальном Центре?
— Подожди секунду, — Док явно вёл пересчёт и через минуту посмотрел на Артёма круглыми глазами. — На желчные пузыри получается по три с половиной за грамм, половые железы по пять, а поджелудочная — по четыре. Полторы тысячи тонн туш, это тысяча буйволов и сто килограмм порошка экстракта желчного пузыря, три сотни килограмм поджелудочной железы и сто пятьдесят половых желёз. Разница составит один миллион четыреста тысяч железной прибыли при твоём раскладе с одной моей сдачи туш?
— Ну, примерно, — усмехнулся Артём. — Только шестьсот пятьдесят килограммов мне маловато. Я бы хотел взять за один раз пару тонн. Лететь в Конц из-за одних экстрактов желчного пузыря, поджелудочной и половых желёз буйвола я не хочу.
— Давай вместе? Бери меня в долю?
— Дог. Тебе по большому счёту всё равно, куда продавать сушёные в экстракторе железы, — расчёт Артёма удался, Док зацепился за идею как клещ. Теперь нужно было обговорить проценты и взвалить на Дока перемол сухих экстрактов. — Пусть сырьё твоё, пусть даже ты сможешь его перемолоть, но сможешь ли ты его запрессовать в стандартные брикеты и отвезти в Колониальный Центр?
— А как