Катары

К счастью для меня, это было путешествие по Германии. Какие бы подозрения на мой счет ни существовали у начальства, я был уверен, что в Кёльн доберусь без помех. Я думаю, дорогой Жак, что на этом месте моего рассказа пора показать тебе другую сторону моих открытий. Вопреки тому, что утверждали все специалисты по этому вопросу, распространение катарской религии не ограничивалось узкой областью. Отнюдь нет: эта ересь разлилась далеко за границы Французского королевства.
В Германии главным ее очагом был Кёльн. Добрые Мужи проповедовали там слово Добра с 1153 года. Затем их вера распространилась и в других городах, в частности в Бонне и Майнце. Официальное духовенство быстро перешло к борьбе с ненормальностями «истинной веры». Хильдегард Бингенский произнес патетическую речь против ереси, пожиравшей чистые сердца. Через сто лет после начала распространения ереси в Германии там запылали и костры. Как и в Ланегдоке, еретики, отказавшиеся отречься от заблуждений, осуждались на смерть в огне. Но многим было неизвестно, что еретики пользовались большой поддержкой среди населения. И чтобы привести в исполнение свой невероятный проект, им следовало рассчитывать на эту поддержку!
Теперь ты понимаешь, почему я должен был совершить несколько поездок по разным городам Европы. Покуда катарство рассматривалось как сугубо местное явление, казалось, что его легко устранить, как вырывают сорняки на цветочной клумбе. Но как только я докажу, что эта религия распространена по всей Европе, она вновь станет опасным врагом официальной Церкви. Я понял, что и через сотни лет после тех гонений опасность эта жива. Катары завещали грядущим поколениям оружие для новой борьбы.
Однажды рано утром в декабре я отправился на вокзал, собираясь сесть на кёльнский поезд. Мне бы очень хотелось, чтобы со мной поехал и мой друг Рихард, но дела в Аненербе в это время не давали ему уехать из Берлина. Я обещал ему держать его в курсе своих поисков и, прежде всего, уведомить о том, что я найду. Я был убежден, что на этот раз дойду таки до цели. Когда я садился в вагон, мое внимание привлекли две фигуры, скорым шагом двигавшиеся по перрону. Вскоре эти двое в форме СС догнали меня. Я сделал вид, что не замечаю их, и вошел в вагонный коридор, но тут один из них положил мне руку на плечо. Они велели мне выйти и следовать за ними. Напрасно я говорил им, что сам служу в СС и еду в командировку по заданию Аненербе: они ничего не желали слушать. Сначала меня отвезли в камеру в штаб квартире СС. Никто ничего мне не объяснил. Через два дня меня послали в Бухенвальд. Я оказался зачислен в лагерную охрану. Начинался ад.