Катерина. Из ада в рай из рая в Ад

Нам нужно поторопиться!
Княжна прижалась к нему всем телом, его снова закружил водоворот страсти, но он сдержался, решительно отодвинул ее от себя, застегнул все пуговки платья и завернул ее в свой плащ.
– Тебе пора! – Он ласково провел пальцем по ее щеке. – Тебе пора… Нельзя больше ждать! А что, если твои друзья уплывут? Я себе этого не прощу. Слишком долго я думал, как вызволить тебя отсюда. Такой шанс я не упущу. Теперь я знаю, кто ты, и я обязательно найду тебя.
– Я не хочу, чтобы ты меня отпускал.
– После того, как я найду тебя, я больше никогда тебя не отпущу! Слово дворянина! Ты веришь мне?
Она кивнула
– А теперь – идем!
На палубе было тихо и темно. Они, осторожно держась за руки, прошли к задней части корабля. Сергей оставил девушку одну, а сам ловко отвязал шлюпку и спустил совершенно бесшумно на воду. Потом знаком показал ей спускаться. Она прыгнула, и он поймал ее в свои объятия. Ему не хотелось с ней расставаться.
– Сама доплывешь? Может, я провожу тебя? А потом незаметно вернусь?
– Нет, тогда все заподозрят, что мне помогали. – Девушка сняла с шеи тоненький шнурок, на котором висел крестик, и протянула его мужчине.
– Пусть он всегда охраняет тебя.
Мужчина взял дар дрожащей рукой. А в другую руку ему она сунула маленький сверток.
– Возьми, это порошок. Он усыпит тебя, и никто не заподозрит, что ты в этом замешан.
В этот момент он сильно сжал ее руку.
– Поклянись, что не обманула меня, поклянись, что все, что ты мне рассказала – правда!
– Клянусь!
– Где я смогу найти тебя?
– Я сама не знаю, куда Потоцкий хочет спрятать меня… Я сама найду тебя, это будет гораздо легче сделать.
– Ты обещаешь? – спросил он, осыпая поцелуями прекрасное личико, не в силах разжать руки.
– Обещаю.
Он нежно прижался губами к ее губам и почувствовал соленый вкус слез. Забрался обратно на судно, и потом долго-долго смотрел вслед уплывающей шлюпке, прислушиваясь к  затихающим всплескам воды.

«Где же она? Скоро уже рассветет! Неужели, не получилось?..»
Савелий стоял на палубе маленького торгового суденышка и непрестанно всматривался в темную туманную даль моря. На его бородатом лице читалась тревога.
Ему изначально не нравился план Марты и Потоцкого – слишком много риска для их любимой маленькой девочки. Савелий помнил тот день, когда князь Арбенин примчался домой на взмыленном коне. Он тут же позвал Марту в библиотеку. Князь говорил, что его должны арестовать, что у него на хвосте тайная канцелярия, и что он должен бежать во Францию. Павел сунул Марте кое-какие деньги, сказал, чтобы она немедленно собирала его вещи. Марта напомнила ему о дочери. Тот брезгливо поморщился и ответил: «Мне все равно, что с ней будет, я дал ей свое имя, дал образование и титул, а на остальное мне наплевать. Делайте, что хотите!»
Павлу сбежать не удалось, его настигли на границе; он оказал сопротивление, и его застрелили. Катюшу увезли в монастырь св. Петра и Павла на Ладожском озере. Тогда-то и появился Потоцкий. И предложил Марте сделку: та отдает ему все бумаги на земли и имущество Арбенина, при этом ее подопечная должна выйти замуж за его сына, чтобы все, что принадлежит ей, перешло во владение Потоцких. А он, в свою очередь, сделает все, чтобы Катю перевели в тюрьму и отправили вместе с заключенными в ссылку, в Архангельск. По дороге туда он устроит ей побег. Даже более того – он вымолит для нее прощение у государыни. А ради спасения княжны Марта была согласна на все…
– Вот она! – выкрикнул Савелий двум матросам. – Вот она! Эй, вы! Проснитесь же, бездельники, черт возьми! – Старик в сердцах сорвал шапку с головы.
Слуги Потоцкого вскочили на ноги, ничего не соображая со сна, однако шлюпку увидели.
И уже через несколько минут Савелий прижимал Катюшу к груди. Скупая слеза скатилась по его морщинистой щеке.
– Девочка, моя девочка… Сколько лет старый Савелий тебя не видел! Наконец-то свершилось то, чего мы с Мартой так долго ждали!
Катя плакала, сжимая старика в своих объятиях. Ведь долгие годы он был ей как отец, растил и воспитывал ее, заботился о ней.
– Ну, полноте, хватит… Все глаза выплачешь. Иди в каюту, переоденешься, поешь. Все хорошо прошло?
– Савелий, милый…
Она снова обняла его.
– Иди, иди, приведи себя в порядок, сердцу больно видеть тебя в этих тряпках. А потом и поговорим, за едой.
Катя зашла в крошечную каюту и закрыла за собой дверь. Вместе с радостью от наконец-то полученной свободы ее сердце переполняла боль утраты и любовь, которая ворвалась в ее жизнь так стремительно и неожиданно. Первая, сильная, всепоглощающая страсть, – ах, не успела она насладиться такими новыми и захватывающими