В 18 веке для России настали трудные времена, в 1768 г. грянула война с Турцией. Молодая княжна, рожденная в грехе от французского шпиона, насильно выдана замуж за нелюбимого в обмен на свободу. Она борется за любовь к единственному мужчине всей своей жизни – отважному морскому офицеру, с которым злая судьба разлучает ее вновь и вновь. Она познает все: горечь утраты и безмерное счастье, нищету и несметные богатства, славу и позор, будет блистать при дворе и умирать от голода без гроша за душой. Все ради него, единственного, за любовь за любовь которого не жалко и умереть.
Авторы: Соболева Ульяна
того, чтобы вызвать в нем жалость. Его просто одурачили! Возможно, он далеко не первый, попавшийся на эту уловку, – и от этого его чувства бушевали еще сильнее. Страсть и ненависть – взрывоопасная смесь. Он не понимал, что именно испытывает к этой девушке с ангельской внешностью и телом богини – влечение это или любовь, которую не удается истребить в сердце.
За этот месяц многие придворные дамы недвусмысленно строили ему глазки. Особенно настойчивой была Завадская – зеленоглазая фея, самая красивая дебютантка при дворе, с роскошными пышными формами, темными кудрями и нежным кошачьим личиком. Ах, если бы его золотоволосая мечта оказалась здесь, при дворе, она бы затмила всех своей неземной красотой! Вокруг Завадской всегда вертелось много кавалеров, но Татьяна не сводила с Сергея своих томных, зовущих зеленых глаз. Она то и дело оказывалась с ним за одним столом, была его партнершей в играх и танцах. Умная, грациозная, словно породистая кошка, она вызывала в нем восхищение, но – не более. Он упорно делал вид, что не замечает ее уловок. Если бы не заключенная, которая въелась в его мозги как заноза, он, несомненно, поддался бы соблазну и, как это бывало ранее, насладился бы любовью придворной красавицы. Но сейчас ему было не до новых романов; гораздо больше ему подходили развлечения в обществе проституток, без обязательств и красивых слов, лишь плотская любовь, не приносившая ничего, кроме сиюминутного удовлетворения. Завадская была явно уязвлена его равнодушием, что подхлестнуло ее страсть еще больше, настолько, что это стало заметно окружающим. Над лейтенантом подшучивали и подтрунивали друзья, которые не понимали его упрямого равнодушия к красотке, разбившей немало сердец.
Но он с упорством не замечал ее, хотя об этом шептались везде и всюду. Сердце графа изнемогало от воспоминаний о тех сладких поцелуях, которые он срывал с губ незнакомки, ее нежные несмелые стоны от его дерзких ласк – все это не давало ему покоя. Невинная жертва или коварная сирена, посланная Адом ему на погибель! Он должен найти эту женщину и излечиться, овладев ее телом, или забыть навсегда. Но навязчивая потребность повторить те жаркие минуты не давала ему возможности быть самим собой…
Соколов вздрогнул, когда дверь в покои царицы распахнулась, и камердинер в золотой ливрее громко позвал его по имени.
Трепеща, он зашел в покои государыни. И тут же склонился в глубоком поклоне. Молодая Екатерина Алексеевна восседала в кресле, на ее красивом личике застыло выражение печали. Светло-серые глаза были подернуты дымкой, нос чуть великоват, но полный чувственный рот делал этот недостаток незаметным. Даже тяжеловатый подбородок не портил впечатления. Вся она была худенькая и хрупкая, но горделивая осанка и высоко поднятая голова придавали ее виду особое величие. Кто тогда знал, что из этой маленькой женщины получиться грозная, властная самодержавица!
– Встаньте, молодой человек, – она говорила с легким акцентом, но бесспорное обаяние делало ее голос особо привлекательным.
– Вы – граф Соколов Сергей Сергеевич?
Мужчина кивнул, будучи не в силах произнести ни слова от волнения.
– Алексей Григорьевич Орлов много о вас рассказывал. Много хорошего. Что привело вас ко мне?
Сергей осмелился поднять глаза.
– Ваше Величество, мое сердце, моя душа, а так же моя верная шпага и моя жизнь принадлежат всецело вам и России!
Он замолчал в смущении.
– Несомненно, это речь благородного человека, и я благодарна вам за вашу преданность. Но, как я понимаю, вы пришли просить что-то взамен… Не стесняйтесь, говорите.
При этих ее словах Сергей встал на одно колено
– Ваше Величество! Преданность не продается, и я никогда не посмел бы просить за это платы или чего-то взамен. Я прошу лишь только об одном. В Морском кадетском корпусе со мной служили мой брат и друг – два честных и благородных сердца, так же готовых биться за ваше Величество до последнего удара. Эти люди просто мечтают иметь возможность защищать вас и если понадобиться – умереть. Но волею судьбы один из этих людей не столь чистого происхождения… Я прошу дать им возможность доказать преданность вашему Величеству и обрести в них еще четыре стальные руки, готовые сражаться за вас до последнего вздоха!
Екатерина улыбнулась, на ее щеках заиграли ямочки, отчего она стала похожей на совсем юную девушку.
– О, если бы просьбы всех моих придворных походили на ваши! Если ваши друзья столь благородны как вы, сударь, то почему они до сих пор не здесь? Я буду рада, если к эскадре моего верного Алексея Григорьевича присоединятся эти благородные люди. Давайте-ка ваши бумаги.
Соколов, ликуя, сунул руку за пазуху и достал бумаги, которые ему подготовил Алексей Григорьевич.
