Катерина. Из ада в рай из рая в Ад

отрезками тканей. В руках она сжимала ларец.
– Ты видела все это? Видела?!
Девушка презрительно фыркнула
– Да здесь все виды материй самых разных цветов! Такой гардероб можно сшить! А в ларце всякие украшения под самые разные наряды. Ты богата, девочка моя, ты несметно богата и имеешь то, чего достойна.
Катя грустно улыбнулась.
– Взамен за свободу… С какой бы радостью я сейчас отдала все это только лишь за свободу! Пусть я буду нищая, но зато – на воле…
– И ты думаешь, что будешь нужна своему моряку нищая и ободранная? Ты ошибаешься!
– Он нужен мне, и я бы заслужила его любовь любыми способами, тем более – не будучи скована дурацкими приличиями. О, как я была счастлива на корабле в облике простой заключенной! Все мои выходки сходили мне с рук, и там я была сама собой. Заключенная могла позволить себе все, а княжна – ничего. Вот такая ирония…
Марта всплеснула руками, как всегда она делала, когда гневалась, зацепилась за ткань и неуклюже упала на полный зад. Катя прыснула со смеху, вместе с ней и кормилица.
– Ты еще не знаешь, насколько князь Потоцкий оценивает мою любовь. Вот, смотри, что он подарил мне!
Катя протянула руку вперед, так, чтобы Марта увидела перстень, который тут же вспыхнул огоньками. Кормилица ахнула и прижала руки ко рту, замерев в немом восхищении.
– За что такой дар?
Катя выпрямилась, гордо вскинула голову.
– Я же сказала, за мою любовь, за благосклонность. За то, чтобы я дала ему шанс стать мне настоящим мужем.
– И что ты ответила, безумица?
– Что я подумаю.
Марте наконец-то удалось распутаться и подняться.
– Ты совсем с ума сошла!
– Нет, не сошла! Я не продажная девка, я графиня Сокольникова! И этому типу еще дорого придется заплатить, прежде чем я позволю ему просто прикоснуться ко мне. И закончим об этом… Прикажи ковры постлать наверху. А материю снесите вниз, завтра приедет портниха, снимет мерки, так пусть сошьет мне несколько платьев к скорому выходу в свет. Хочу быть не хуже некоторых придворных модниц и вертихвосток, хочу всех их затмить!
Марта нисколько не сомневалась, что именно так и будет.
– Я пойду, погуляю… Не зови меня, хочу посидеть в одиночестве.
И девушка спустилась в сад. Там она устроилась на мягкой зеленой траве под любимой акацией. Вряд ли ей удастся заснуть сегодня – уж слишком много мыслей роилось в ее маленькой головке. Слишком многое нужно было обдумать. Например, ее будущий муж… То, что она заимела над ним власть, она осознавала очень хорошо. И пока ее очарование имеет над ним силу, нужно вырвать у него дарственную на все свои земли и на украшения – век мужской любви короток, и кто знает, как повернется судьба в дальнейшем. А вдруг он захочет выкинуть ее из своей жизни? И оставит ни с чем… В ее душе жила вечно голодная маленькая девочка. Несчастная и всеми гонимая. Еще каких-нибудь пару месяцев назад она была просто каторжной без имени и титула, сосланной в Сибирь навеки. И не могла представить себе и сотой доли тех богатств, что были у нее сейчас. До встречи с молодым офицером, который похитил ее душу и сердце, ее более чем устраивало предложение Потоцких – вернуть себе имя и все, что было отнято у нее. Вот о чем могла тогда мечтать маленькая опальная графиня – все мечты сводились к красивым платьям, титулу и вкусной еде. Но теперь все изменилось, и ее маленькое сердечко горело извечным огнем любви. А любовь не знает корысти. За объятия черноглазого кадета она готова была отказаться от всех богатств мира. Она согласилась бы опять быть сосланной в Сибирь, лишь бы снова пережить все те минуты рядом с ним. Эта страсть овладела ею подобно болезни, и теперь прогрессировала день ото дня. Каждую ночь она вспоминала его сильные мозолистые ладони на своем трепещущем теле, его огромные, как омут, черные глаза, горящие таким огнем, который ей еще не доводилось видеть в мужских глазах. А как сладко он целовал ее… Его губы, чувственные и страстные, терзали ее уста, а она улетала от этих поцелуев в поднебесье. И не было в этом ничего невинного, как она представляла себе ранее. Ею овладело помешательство, безумие, она была согласна на все. Стоило ей только первый раз увидеть его глаза, устремленные на нее, и она пропала, и сердце забилось быстрее. Он был настолько красив, что захватывало дух. Мужественное лицо, широкие скулы, прямой нос с горбинкой. А волосы! Черные, как смоль, непрестанно падающие ему на лоб. Что-то демоническое было в его красоте, непостижимое и загадочное. И он смотрел на нее так, как еще ни один мужчина никогда не смотрел на нее, вызывая в ней и смущение, и волнение, и бурю, и ураган одновременно. Заставляя пылать ее щеки. Предавшись мечтам, Катя откинулась в высокую траву. Пахло зеленью, трещали сверчки, квакали в пруду лягушки. Полумесяц