В 18 веке для России настали трудные времена, в 1768 г. грянула война с Турцией. Молодая княжна, рожденная в грехе от французского шпиона, насильно выдана замуж за нелюбимого в обмен на свободу. Она борется за любовь к единственному мужчине всей своей жизни – отважному морскому офицеру, с которым злая судьба разлучает ее вновь и вновь. Она познает все: горечь утраты и безмерное счастье, нищету и несметные богатства, славу и позор, будет блистать при дворе и умирать от голода без гроша за душой. Все ради него, единственного, за любовь за любовь которого не жалко и умереть.
Авторы: Соболева Ульяна
с вами церемониться!
Мирович ухмыльнулся.
– Это я не буду церемониться с вами в следующий раз!
Наглость этой сухопутной крысы не на шутку разозлила вспыльчивого офицера. От всплеска адреналина даже боль стала утихать.
– Отчего же! Сегодня утром я могу быть к вашим услугам! – холодно ответил Сергей.
– Я при исполнении, лейтенант, и вызов ваш принять не смогу. Я с удовольствием убью вас при других обстоятельствах! – Мирович продолжал улыбаться, явно осознавая свое превосходство перед бледным, сгорбившимся от боли офицером.
– Зачем же так долго ждать? Я с радостью удовлетворю ваше желание намного раньше, прямо сейчас!
Сергей выдернул шпагу из ножен, и в этот момент раздался топот шагов – по лестнице поднялся комендант и Власьев.
– Прекратить! – гаркнул Бередников. – В моей крепости дуэлей не будет! Мирович, марш в караул! Вас заменит Чекин. А вы, сударь, идите к себе. На рассвете можете ехать, вы свою миссию выполнили. Федор, проводи его светлость.
Власьев пошел за Соколовым и по дороге рассказал Сергею, что Мировича здесь не любят, даже сам комендант его не жалует, и посоветовал не связываться с поручиком. Соколов избавился от капитана, сославшись на усталость; с трудом доковылял до койки, но уснуть так и не смог. Ему не давали покоя мысли о криках несчастного принца, запертого в четырех стенах. Только сейчас он понял, какая страшная тайна открылась ему, и какими могут быть последствия, если наследного принца выкрадут. Эта информация могла стоить лейтенанту жизни. Значит, Иоанн четвертый жив, и кому-то это хорошо известно. Кому-то, кто может этим воспользоваться… Нужно немедленно уезжать из этого места, пока комендант не узнал о том, что его офицеры проговорились! Не то один из казематов этого каменного мешка вполне может стать для него последним прибежищем.
Как только взошло солнце, Соколов отправился обратно в Санкт-Петербург.
Наганов нервно ходил по библиотеке и курил трубку – только что прибыл гонец от Румянцева. Турки объединились с Крым-Гереем и напали, крымское войско дошло до Бахмута, и было отброшено полками Петра Румянцева. В Турции арестовали русского посла Обрескова – таким образом Турция объявила России войну. Наступали тяжелые времена, от учений нужно переходить к боям. Наганов посмотрел на гонца – тот стоял по стойке «смирно» и ждал распоряжений генерала.
– Много потерь? – хмуро спросил Наганов.
– Много, ваша честь!
– Свободен!
Гонец откланялся, а генерал в задумчивости посмотрел в окно и с удивлением заметил первые хлопья снега; одинокие редкие снежинки бились о стекло и тут же таяли. В дверь громко постучали.
– Ну, кто там еще? – недовольно буркнул Наганов. Он думал о ребятах, с которыми придется расстаться из-за начавшейся войны.
– Майор Соколов, ваша честь! Можно войти?
– Проходи, вольно! С чем пожаловал? – Наганов хмуро смотрел на парня. «Мои ж вы соколы, вот и кончилась ваша мирная учеба!»
– Брат приехал, приказ привез!
– Сережка? – Глаза генерала радостно заблестели. – Где он, прохвост эдакий? Почему сам не принес?
– Ранен он, ваша честь! Рухнул без сознания перед воротами.
– Вели сюда нести! Где он теперь?
– В казарме.
Наганов приказал принести раненного офицера к себе в покои и вызвать фельдшера.
Через несколько минут в личные покои генерала, на широком плаще, внесли лейтенанта. Молодой офицер был без сознания, мундир распахнут, а белая рубашка вся пропиталась кровью. Наганов склонился над молодым графом, прощупал пульс, промокнул капли пота на его лбу.
Фельдшер появился спустя несколько минут и приказал всем расступиться. Он разорвал на юноше рубашку, срезал бинты и осмотрел рану. Недовольно покачал головой. Поднял веко Сергея, посмотрел на зрачки.
– Ну, и кто же с такими ранами верхом ездит?! Швы разошлись, хоть и наложили их умело… Придется штопать по новой.
– Жить будет? Озабоченно спросил генерал
– Еще как! – усмехнулся доктор. – Зашьем, и будет как новенький! Пару дней хорошего отдыха, обильное питье и еда, а потом – хоть на бал.
«Или на войну», – мрачно подумал Наганов.
– А теперь оставьте нас, у меня много работы.
Казанский собор величественно возвышался над другими зданиями, златые купола с четырехконечным крестом посередине. Основание куполов с прорезными окнами и пилястрами. Весь храм украшен барельефами и колоннами из пудожского камня с желтоватым оттенком.
Сергей смотрел на великолепное сооружение и дивился его величию. В храме венчались лишь царствующие особы, и теперь собор был изысканно украшен и приготовлен к таинству венчания. Народу собралась тьма-тьмущая.
