Катерина. Из ада в рай из рая в Ад

Как же, сама царица будет присутствовать на празднестве, которое она любезно разрешила провести в храме, где несколько лет назад принимала присягу!
Соколов бросил взгляд на разношерстную толпу, еле сдерживаемую колонной солдат, одетых в парадную форму. Граф посмотрел на брата, стоящего от него по правую руку, затем на Воронова – слева, разодетого в кричащий красный камзол. Тот недовольно хмыкнул.
– За что такая честь этому прохвосту? – проворчал Андрей и поправил шляпу с большим страусиным пером, которое то и дело лезло ему в глаза. Посмотрел на друга и нахмурился. Сергей только недавно оправился от ран – бледный, исхудавший, с горящими нездоровым блеском глазами, он вызывал у верного товарища щемящее чувство жалости. Хотя, конечно, Воронов не смел выразить своих эмоций вслух – это оскорбило бы Сергея. И брат и друг знали, что это венчание причиняет лейтенанту неимоверные страдания, по сравнению с которыми физическая боль – ничто. Молодой граф, вопреки положенному обычаю, был одет во все черное, словно в знак протеста, и выделялся из пестрой и нарядной толпы. Лицо – словно застывшая каменная маска: без эмоций, лишь черные, как уголь, глаза живут своей жизнью. Но Андрей слишком хорошо знал друга – тот доведен до отчаянья и готов на любые безумства. А они здесь, рядом с ним, чтобы поддержать.
Люди зароптали, затем закричали, заулюлюкали – приближался свадебный кортеж. Четверка белоснежных скакунов бренчала колокольчиками и отбивала подковами по каменной мостовой. Красивые головы благородных животных украшали султанчики, спины были покрыты золотой сбруей. Первой прибыла карета жениха.
С помощью своего лакея Потоцкий спрыгнул с подножки и осмотрел толпу торжествующим взглядом победителя. Разодетый в белый кафтан, вышитый золотыми нитями, на голове парадный парик, напудренный и начесанный по моде. Женщины восхищенно ахали и охали. Потоцкий соответствовал модному образу мужчины при дворе. Блондин, хорошо сложен, со смазливым и немного женским лицом, знатен – мечта любой женщины того времени. Но глаза князя были устремлены единственно в сторону кареты невесты, которая приближалась, извещая всех веселым перезвоном золотых колокольчиков.
Сергей повернул голову в сторону приближающегося экипажа, и сердце замерло, пропустило несколько ударов. Офицер побледнел еще больше, предчувствуя пронзительную боль, которую причинит ему встреча с изменницей. Его отвлек Глеб, ткнувший в бок брата локтем. Он указал Сергею на княжну Завадскую, приближавшуюся к ним царственной походкой павы. Она вовсе не скрывала, что направляется в их сторону. Сергей с досадой посмотрел на девушку; несомненно, при других обстоятельствах он бы не упустил возможности приударить за эксцентричной красавицей, но сейчас он не был готов к обмену любезностями. Ему захотелось, чтобы настырная княжна прошла мимо. Воронов тихо улюлюкнул и причмокнул губами. Втайне они подсмеивались над молодым графом, которого преследовала юная соблазнительница. Завадская и на этот раз всех удивила – явилась на свадьбу в ярко-алом платье, заведомо зная, что привлечет своим нарядом всеобщее внимание. Ловкая стратегия затмить невесту – разве сравнится белый с красным? Ее темно каштановые, завитые по моде волосы обрамляли хорошенькое личико аккуратными кудряшками, зеленые глаза сияли под гордо изогнутыми дугами бровей. Девушка приблизилась к ним, и мужчины галантно поцеловали протянутую им изящную ручку в алой перчатке. Красавица бросила томный взгляд на Сергея. Ее щеки вспыхнули, когда офицер сделал комплимент ее наряду. Она осведомилась о том, где так долго отсутствовал Соколов. Обменялась любезностями с Вороновым и Глебом.
Но тут всеобщее внимание привлекла невеста, которую приветствовали громкими криками. Сергей тут же забыл о княжне, и даже алое платье не помогло Татьяне Завадской – мужские взоры были прикованы к другой красавице, рты раскрыты в немом восторге.
Даже женщины не могли скрыть своего восхищения, в котором, несомненно, присутствовала и доля зависти. На девушке было роскошное подвенечное платье, расшитое выпуклыми розами – каждый бутончик результат кропотливой работы самых дорогих портних города. Открытый лиф, усыпанный мелкими драгоценными каменьями, обнажал алебастровые плечи, тонкие руки затянуты в белые перчатки, также усыпанные мелкой россыпью каменьев. Великолепные золотые волосы намеренно оставили распущенными и вплели в них крупный жемчуг, локоны сверкали на солнце, переливались, блестели и горели, вызывая всеобщий восторг. Маленькую головку украсил венок из белоснежных роз, длинная белая фата, – символ любой свадьбы, вилась, словно облако на ветру. Невеста в нерешительности окинула толпу