В 18 веке для России настали трудные времена, в 1768 г. грянула война с Турцией. Молодая княжна, рожденная в грехе от французского шпиона, насильно выдана замуж за нелюбимого в обмен на свободу. Она борется за любовь к единственному мужчине всей своей жизни – отважному морскому офицеру, с которым злая судьба разлучает ее вновь и вновь. Она познает все: горечь утраты и безмерное счастье, нищету и несметные богатства, славу и позор, будет блистать при дворе и умирать от голода без гроша за душой. Все ради него, единственного, за любовь за любовь которого не жалко и умереть.
Авторы: Соболева Ульяна
лгунья и обманщица… Девушка проглотила слезы. Скорее домой, к Марте! Там она будет плакать, сколько ей захочется, спрячет лицо на мягкой груди кормилицы и даст волю слезам. Одно хорошо – эта проклятая свадьба наконец-то закончилась.
Показались повозки с пожарниками, вслед за ними кони тянули бочки с водой, паровые и ручные насосы, свернутые пожарные рукава и прочее снаряжение. Но огонь уже так разбушевался, что вряд ли удастся спасти роскошное поместье, разве что просто усмирить пламя и потушить его, оставив тлеть и дымиться руины именья ее мужа. Но Катя не сожалела о том, что этот дом сгорел. Для нее он был тюрьмой все эти несколько недель. Теперь она вернется к Марте и Савелию.
Сергей чувствовал, что он совершенно выбился из сил, сильный кашель душил его, а дым разъедал глаза и обжигал легкие. Он чувствовал, как пощипывает кожу, и ноют едва зажившие раны. Но в доме все еще могли быть люди, он слышал их стоны из густой пелены дыма. Под обломками потолочной балки точно оставался еще кто-то – Сергей видел носок сапога. На помощь пришел брат, и они с трудом разгребли горячие куски дерева, показались ноги в черных кожаных сапогах. Мужчина был зажат огромным куском рухнувшей люстры и явно был без сознания, но живой – Сергей тронул его руку, чтобы убедиться в наличии пульса. От огня его спасли именно обломки, но он, скорее всего, успел надышаться дымом и гарью. Глеб склонился над ним и повернул на спину. То был отец жениха – Петр Николаевич Потоцкий.
– Нужно вынести его отсюда! – сказал Глеб и наклонился над князем. Вдруг майор замер, затем его рука потянулась к камзолу Потоцкого.
– Что ты делаешь? – удивился Сергей.
Глеб взял пальцами одну из пуговиц и пристально всмотрелся в ее рисунок, предварительно протерев поверхность от пепла и сажи. В витых листьях гравировки красовались две заглавные буквы – «П.В.».
Братья переглянулись, оба подумали об одном и том же. Сергей достал из-за пояса кортик и, срезав пуговицу, сунул ее в карман. Затем, расстегнув камзол князя, чтобы тому легче дышалось, он заметил во внутреннем кармане краешек белой бумаги и бросил взгляд на Глеба. Тот едва заметно кивнул, и юноша достал конверт и сунул за пазуху. В дом набились пожарники, они-то и помогли братьям вынести князя наружу. Вокруг имения почти никого не осталось, лишь повозки с трупами.
Братья, так и не обмолвившись и словом, приехали в Покровское. Оба поднялись наверх, в спальню родителей. Комната в течение многих лет оставалась такой, какой была двадцать лет тому назад. Ее тщательно убирали, стараясь ничего не тронуть и не изменить. Это было священное место для Соколовых. Святилище, где они могли соприкоснуться с прошлым и вспомнить отца с матерью. Сергей видел перед глазами лишь мутные образы – слишком мал он был тогда, когда произошли страшные события. О родных напоминали только портреты и иногда – вещи. Бывало, возьмет деревянный гребень покойной матушки, и вдруг вспомнит, как этим гребнем она расчесывала его волосы перед сном, как пела ему колыбельные… Отца Сергей не помнил совсем. По долгу службы тот проводил вне дома слишком много времени. Сохранился лишь образ сильного, волевого человека, к которому маленький Сережа забирался на колени и трогал отца за усы. Помнил ордена на отцовском мундире и острую шпагу, которую не мог сдвинуть с места.
Глеб открыл секретер и достал пожелтевшие от времени, свернутые в трубочку, бумаги.
— Ты раньше их читал? – спросил Сергей с опаской поглядывая на сверток.
— Нет, — Глеб решительно потянул за тесемки бечевки- Самое время сделать это сейчас.
Сергей внимательно следил за выражением лица брата, который становился все мрачнее и бледнее. Наконец Глеб протянул сверток Сергею.
— Здесь письма, если бы я прочел их раньше, или отдал кому следует, то многих негодяев постигло бы заслуженное наказание.
Сергей начал читать первое письмо, при первых же строчках буквы заплясали у него перед глазами и он, пошатнувшись, сел в кресло. Письмо адресовано Потоцкому Петру Владимировичу, на немецком языке, и написал его сам король Фридрих. Так вот значит кто тот загадочный «П.В.», руки графа начали мелко дрожать, но он заставил себя читать дальше.
« Любезный князь, пришло время действовать и на деле доказать вашу преданность Прусскому государству. Вы и Павел Владимирович нужны мне именно сейчас. Тот человек, который передаст вам это письмо, даст вам подробные инструкции. Известную вам особу надо выкрасть именно сейчас, вместе с наследником при переезде в Холмогоры. Медлить нельзя, это наш шанс, всецело на вас надеюсь……»
Несколько других писем были адресованы так же князю Потоцкому, от неизвестного французского
