Катерина. Из ада в рай из рая в Ад

бдительность, один отсутствовал, а другой звонко храпел на своем стуле, сжимая в руках пустую бутыль. Несмотря на масляные фонари, в полумраке невозможно было разглядеть хоть что-либо. И тем более ее среди спящих вповалку женщин.
Вдруг на его плечо легла чья-то рука. Он резко обернулся, успев при этом вытащить из ножен шпагу. Скрежет металла нарушил тишину. Но Сергей тут же вернул ее обратно и тихо выругался. Перед ним стояла Златовласка, она звонко засмеялась.
– Испугались? А говорят, что моряки – самые смелые люди на земле.
Соколов схватил девушку за руку чуть повыше локтя. И от этого прикосновения его лоб покрылся капельками пота. Он строго посмотрел на девушку.
– Что ты здесь делаешь, а? Вас что, на ночь не сковали?
Девушка сморщила свой маленький курносый носик, сунула руку в карман и, достав оттуда связку ключей, покрутила им у самого носа офицера. Сергей быстрым движением вырвал у нее ключи.
– Я хотела вас поблагодарить. За то, что вы сделали для меня сегодня. Вы чуткий, добрый человек. Спасибо вам! И верните ключи этому пьяному оболтусу.
Она хотела уйти, но Сергей, поддавшись порыву, схватил ее за плечо.
– Не бойтесь, не убегу! – насмешливо сказала девушка. – Бежать-то некуда!
Его пальцы послушно разжались, и Златовласка пошла в сторону спящих подружек по несчастью.
– Катя!
Та обернулась, удивленная, что ее позвали по имени.
– Есть хочешь?
Сергей, не отрываясь, смотрел, как она без стеснения и жеманства поглощает вареную картошку с солониной и ржаным хлебом – невиданная роскошь на военном судне. Половину ломтя девушка сунула в карман драного тулупа.
– Мммм, как же вкусно! Сто лет не ела ничего подобного!
Снедаемый совсем иным голодом, он следил за ней взглядом – за ее жестами, словами… Любовался ее волосами, заплетенными в толстую, тяжелую косу, лежащую на ее правом плече и опускавшуюся ниже пояса. Ему до боли захотелось потрогать их, притянуть девушку к себе и почувствовать ее аромат. Но – не посмел. Он, искушенный любовник, такой желанный для многих женщин, соблазнивший на своем коротком веку бесчисленное их количество, не мог прикоснуться к заключенной! Хотя, она совсем не походила на простолюдинку – слишком прямо держит спину, слишком гордая для холопки.
– Кто ты? Откуда? Как оказалась среди них? – Он заглянул ей в глаза, ожидая ответа.
– Слишком много вопросов, вам не кажется? – Девушка кокетливо склонила головку набок.
– Нет, не кажется. Мне хочется что-что знать о тебе, – ответил граф.
– А какая вам разница? Вам, разве, не все равно?..
Сергей встал из-за стола и подошел к шкафчику у койки.
– Ты будешь пить? – Он достал бутылку вина.
– Да!
Она произнесла это прямо у его уха, и мужчина вздрогнул от неожиданности. Он резко обернулся и встретился с ней взглядом. Несколько секунд они смотрели друг на друга; ему ужасно хотелось ее поцеловать, и не просто поцеловать, а завладеть ее губами алчно, жадно, словно голодный зверь. Его дыхание участилось, задрожали руки, сжимающие бутылку и два бокала. Девушка смотрела на него, не отрывая взгляда, и на миг ему показалось, что в ее зрачках плещется пламя страсти. Он непроизвольно потянулся к ее губам. Но девушка сделала предостерегающий жест рукой, и он отпрянул от нее, как ошпаренный, сгорая от стыда за то, что позволил себе такую вольность.
– Наверное, вы решили развлечься со мной? Думаете, заключенная на все согласится за кусок хлеба? Что же вы вдруг оробели? Давайте, берите меня, я ведь не имею права сопротивляться, не так ли? Это приравнивается к бунту, так? Вы будете вправе повесить меня на грот-мачте или где там у вас казнят провинившихся. Ведь это вы – капитан корабля?
И она нагло подставила ему губы. Диким усилием воли Соколов заставил себя успокоиться. Он отвернулся, униженный ее словами, принялся откупоривать бутыль с темно-красной жидкостью.
– Простите. Я, видно, перегнула палку…
Ее рука легла на его руку, и он замер – снова окаменел, не в силах оторвать от нее взгляда, судорожно проглотил слюну. Никогда в жизни он еще не был так пленен женщиной, никогда не желал с такой силой. Да что и говорить, рядом с ней он чувствовал себя, словно школяр на первом свидании.
– Что ж вы застыли? Наливайте!
Она улыбнулась, и ему вдруг стало так хорошо, так легко на душе; он вдруг забыл, что она заключенная, осужденная на пожизненную каторгу. Заговорщица, угроза его родине и императрице, которой он присягнул в верности.
– Зачем вы вчера вмешались? – тихо спросила девушка и пригубила вино. – Ведь я ничто для вас. Вы офицер и дворянин, наверняка с титулом… Что вам до меня? До нас?
Сергей быстрыми глотками осушил бокал. Его трясло, как в лихорадке, ему казалось, что