Промозглой осенью на Вестминстерском мосту, который идет через Темзу от здания парламента, произошла серия жутких преступлений: один за другим зарезаны трое мужчин. Общественность в ужасе — ведь все трое были парламентариями, членами Палаты общин. Инспектор полиции Томас Питт мучается вопросом: в каком направлении искать убийцу? Грабитель? Но никто из убитых не был ограблен. Политическое выступление? Однако при жизни парламентарии придерживались различных взглядов по наиболее острым вопросам политики. Провокация анархистов? Но способ убийства не подходит — они предпочитают бомбы…
Авторы: Перри Энн
Гарнет Ройс! Ага, значит, наш Гарнет Ройс, такой воспитанный, так искренне заботящийся о делах сестры, горящий таким неукротимым желанием быть полезным, — это тот, кто встал на сторону обычаев и украл у Флоренс Айвори ребенка. Но зачем? Незнание, консерватизм, плата за давнюю услугу или просто убежденность в том, что Флоренс не знает, как позаботиться о благополучии собственного ребенка?
Питт вернулся к чтению копии следующего письма Этериджа:
Дорогая миссис Айвори,
С сожалением сообщаю вам, что я занимаюсь углубленным изучением официального заявления вашего мужа на опеку над вашей дочерью. Я обнаружил, что обстоятельства выглядят иначе, чем я сначала предполагал или чем вы мне их представили.
В связи с этим я вынужден отказать вам в своей поддержке в этом вопросе и всем своим авторитетом оказать помощь вашему мужу в его усилиях распространить опеку и заботу на его обоих детей и получить возможность воспитывать их в дисциплинированном и богобоязненном доме.
Искренне ваш,
Вивиан Этеридж
Ответ:
Мистер Этеридж,
Я с трудом поверила своим глаза, когда открыла ваше письмо! Я немедленно поехала к вам, но ваш слуга отказался впустить меня. Я чувствовала уверенность в том, что после данных мне вами обещаний, после визита в мой дом вы не сможете предать мое доверие.
Если вы мне не поможете, я потеряю своего ребенка! Мой муж поклялся, что, если он получит опеку, мне будет запрещено видеться с дочерью и тем более разговаривать и играть с ней, учить ее тому, что мне дорого и во что я верю, а также рассказать ей, что мы расстались не по моей воле, что я люблю ее всем сердцем и буду любить, пока жива!
Умоляю вас, пожалуйста, помогите мне.
Флоренс Айвори
Вы не отвечаете! Прошу вас, мистер Этеридж, хотя бы выслушайте меня. Я в полной мере способна заботиться о своем ребенке! Какое преступление я совершила?
Флоренс Айвори.
Последнее письмо было написано неразборчивым почерком под влиянием бурных эмоций:
Моего ребенка нет. Я не могу выразить свою боль словами, но однажды вы поймете, что я чувствую, и тогда вы всей душой пожалеете о том, что предали меня!
Флоренс Айвори
Томас сложил листок и сунул его в большой конверт, куда он собрал остальную переписку. Встал, ударился коленом о тумбу письменного
