Казнь на Вестминстерском мосту

Наконец она подняла голову, и Томас обнаружил, что ее щеки заливает яркий румянец, а лицо выражает все то, что он видел уже не раз: робость, смущение и одновременно вызов.
— Ну? — тихо спросил он. — И как ты с этим связана? Через кого? Эмили, насколько мне известно, в Италии, да?
— О да! — с явным облегчением воскликнула Шарлотта. — Да, она во Флоренции. Во всяком случае, письмо, которое доставили сегодня утром, пришло оттуда. Хотя сейчас она уже может быть где угодно.
— Тогда кто?
— Тетушка Веспасия… пригласила меня.
У Питта брови поползли на лоб.
— Расследовать дело Вестминстерского головореза? — уточнил он, с трудом веря, что такое возможно.
— Ну да, в некотором смысле…
— Поясни, пожалуйста, Шарлотта.
— Видишь ли, Африка Дауэлл — племянница близкой подруги тети Веспасии, мисс Зенобии Ганн. И они считают, что полиция подозревает ее — между прочим, вполне обоснованно, как выясняется. Но я не сказала им, что дело расследуешь ты!
Питт внимательно смотрел на нее, но Шарлотта выдержала его взгляд не моргнув. Она умела хранить секреты — иногда — и вести себя уклончиво, хотя это давалось ей не без труда, однако она совсем не умела лгать ему, и оба это знали.
— И что же вы выяснили? — наконец спросил Томас.
Шарлотта прикусила губу.
— Ничего, сожалею.
— Совсем ничего?
— Ну, я подружилась с Аметист Гамильтон…
— Как, ради всего святого, тебе это удалось? Тетя Веспасия с ней знакома?
— Нет, я просто солгала. — Шарлотта смущенно опустила глаза, потом решительно подняла на него взгляд. — Она и пасынок настолько сильно ненавидят друг друга, что даже не могут нормально общаться, но я не увидела ничего, что могло бы привести к убийству. Она пробыла замужем много лет, ничего нового не случилось… — Шарлотта замолчала.
— И? — Питт не стал ждать, когда она продолжит.
— Она наследует большие деньги, но едва ли это может быть причиной, особенно для того… — Шарлотта опять замолчала.
— Для чего?
— Я хотела сказать, для того, чтобы убивать еще и Этериджа и Шеридана. Но это не само собой разумеется, правда?
— Правда, — согласился Томас. — Двоих последних могли убить, чтобы скрыть главное преступление, или их мог убить подражатель. Я не знаю.
Шарлотта ласково накрыла его руку своей.
— Узнаешь, — уверенно проговорила она, однако Питт не понимал, на чем зиждется ее уверенность: на логике или на эмоциях. — Мы узнаем, — добавила она с таким видом, будто эта мысль только что пришла ей в голову.

На следующее утро Шарлотта на омнибусе поехала к тетушке Веспасии. Стоял ясный весенний день, прозрачный воздух был пронизан теплыми лучами солнца. Такой день хорош для поездки за город, чтобы можно было понаблюдать, как раскрываются первые листочки, и послушать пение птиц. Вот было бы здорово, если бы им с Томасом удалось хоть один раз за лето уехать из города на выходные! А еще лучше — на целую неделю!
Затем размышления Шарлотты плавно перешли к покупкам, которые она сможет сделать на новое жалованье мужа. Начнет она со шляпки, той, с широкими полями, розовой лентой по тулье и махровой розой в натуральную величину. Ей она так идет! Ее надо носить под определенным углом, сдвинув слегка к правой брови и приподняв слева.
Еще она купит два или три муслиновых платья для Джемаймы, и ей больше не придется обходиться одним для воскресных выходов в свет. Какое больше подойдет дочурке: бледно-голубое или светло-зеленое? Естественно, Шарлотте скажут, что голубой и зеленый носить вместе нельзя, но лично ей это сочетание нравится, оно напоминает зеленые листья на фоне неба.
Шарлотта так глубоко погрузилась в приятные мечты, что едва не проехала свою остановку. К счастью, она вовремя опомнилась, а то пришлось бы возвращаться на довольно большое расстояние. Люди ранга тетушки Веспасии живут вдали от маршрутов общественного транспорта.
Шарлотта буквально вылетела из омнибуса на тротуар и едва не упала. Проигнорировав критические замечания двух дородных дам в черном, она быстрым шагом поспешила к городскому дому Веспасии.
Горничная сразу проводила Шарлотту в утреннюю гостиную, где уже сидела леди Камминг-Гульд. В руке она держала перо, а перед ней лежало несколько листов писчей бумаги.
— Ты что-нибудь выяснила? — с надеждой спросила Веспасия, откладывая перо. Ее нетерпение было настолько велико, что она даже отказалась от формальностей и не поприветствовала гостью.
— Все плохо, чего мы и боялись. — Шарлотта села. — Я не рассказала вам, что дело ведет Томас. Я боялась, что