Тело-то и впрямь эльфийское, со всеми положенными признаками: ловкость, зрение, бессмертие и т. п. Но вот магии полагающейся — нет! Не существует магии в реальном мире! И выкручивайся, друг ролевик, как можешь!
Авторы: Коваленко Владимир Эдуардович
беседу. Заодно и на пергамент не нужно тратиться.
– Поздравляю с победой. – Сел Гулидиен лишь после того, как сида поклонилась, поздоровалась и устроилась на предложенном приглашающим жестом стуле. Переговорном – почетном, со спинкой, но жестком и неудобном. – Ты вовремя вернулась из похода – погода установилась мерзейшая.
– Когда ты дома, дождь – отличная погода. – Вид промокшей Немайн не вязался со словами. – Под него хорошо отдыхается. Да и работа, та, которая совершается пером, идет ходче. И дети крепче спят.
Король уловил нежность в голосе сиды. Постарался перевести разговор на приятное:
– Да, я уже наслышан о твоем сыне… Странное имя ты ему дала.
– Твоим предкам, мой король, и имя Дэффида показалось бы странным.
Само собой, как язычникам.
– Верно. – Гулидиен улыбнулся. – Ты разговаривала с послом Октой? Мерсийцы проезжали через осадный лагерь по дороге сюда – и до сих пор под впечатлением. Я тоже, хотя слышал только рассказы. Сэр Эдгар, безусловно, справился хорошо – но без твоей помощи у него ничего бы не получилось… Полагаю, тебя заинтересует возможность провести еще одну кампанию в этом году – на сей раз в качестве командующего?
Король лучился радостью и возможностью поделиться ею. Он дарил подарок. Но уши Немайн обвисли к плечам.
– Совсем не заинтересует, мой король. Я семь недель была на службе, пять в походе! Даже чуть больше. Весь август. Больше половины сентября. В этом году мой долг исполнен.
– Но следующий год начинается уже с ноября, – недоуменно напомнил король. Чувствовал он себя как человек, который протянул ребенку пряник, но тот не берет. А уши сиды прижались к голове.
– Шесть недель, – отчеканила она. – На своей территории. Как простая воительница. Если клан решит меня выставить в составе ополчения на границу, а не оставит охранять что‑нибудь. А я, мой король, имею право попросить меня оставить. И за такое мне никто в глаза не плюнет. У меня ребенок грудной, знаешь ли.
Гулидиен пожал плечами. Он начал догадываться, что происходит. Немайн совсем не транжира. А согласиться выполнить трудную службу без достойной платы – это именно транжирство. Если не долг, конечно. Что ж. Немайн только что показала – не долг. Тогда поговорим об оплате. Тем более жадничать сейчас, когда речь о собственном счастье, попросту глупо!
– Ты живешь в гостевой комнате в доме отца, – напомнил король, – а у тебя теперь своя семья есть – сын, ученица. Не пора обзаводиться собственным?
– Дом Дэффида лучший в городе. И мне нравится моя родня.
– И все‑таки свой дом надежнее. – Король цапнул из корзины недоеденное яблоко. – Я вот тоже братьев и сестер люблю. Мы совсем не держимся порознь, но у каждого теперь свой дом, и это только помогает нам жить дружно – мы не изводим друг друга бытовыми мелочами, но вместе веселимся и вместе делаем все действительно важное. Так у многих из нас домены далеко друг от друга. А тебе я бы предложил в лен земли в одном дне пути от столицы. Большие. Скажем, правый берег Туи на день пути вниз от Кармартена. Ты ведь поладила с моим младшим братом? Соседями будете.
– Принц Рис – замечательный сосед, – согласилась сида, – и земли вдоль Туи хороши. Но меня устраивает комната на втором этаже заезжего дома. И замужняя сестра в качестве соседки. Так что забудь про мою службу. У тебя еще есть ко мне дела?
Встала. Повернулась к двери.
– Есть, – сказал король. – Не уходи. Видишь ли, война будет все равно. Если бы она была нужна Британии… я бы десять раз еще подумал. Тем более что ты не хочешь. Но война нужна мне. Лично мне. Пенда подловил меня – и сам не понимает, как крепко! Он обещает корону Британии. Да гори она огнем! Но в приложение к венцу идет моя любовь. Кейндрих, принцесса и будущая королева Брихейниога. Она не верит в мою любовь, когда я предлагаю равный брак! Но если я буду королем Британии… Да ее собственные подданные уговорят. Как мне сейчас добрые диведцы не дают пойти к ней в подчинение.
– Я тут причем?
А в кресло все‑таки вернулась. Смотрит сердито.
– Сделай мне зелье, которое приворожит Кейндрих вернее короны Британии, – и я отправлю мерсийского посла с его предложениями холмом да торфяником, как ты говоришь.
– Не умею, – сказала сида, – вот не умею я такого. А могла б – прости, не сделала бы. Грех девушку воли лишать. Хотя…
– Говори. – Гулидиен воспрял.
– Есть способы сделать тебя привлекательнее для Кейндрих, не причинив ей ничего дурного. Например, воспитать в тебе качества, наиболее приятные очаровываемой особе. Тогда выбор будет сделан ее собственной волей – и в желаемом нам направлении. Пошли прознатчиков. И ей самой в открытую напиши. Мол, чего нравится, чего любишь. А потом мы это все организуем. С тобой,
