Тело-то и впрямь эльфийское, со всеми положенными признаками: ловкость, зрение, бессмертие и т. п. Но вот магии полагающейся — нет! Не существует магии в реальном мире! И выкручивайся, друг ролевик, как можешь!
Авторы: Коваленко Владимир Эдуардович
изящно, а говорить продолжила в своей манере:
– Ты права. А я, когда не ты, глупая… У меня вообще ничего нет. Поспать негде. Одежды сухой нет. Еды нет. Настойки нет. Воду из речки пить противно. Но я ведь – это ты… А потому я здесь!
Ее била крупная дрожь. Озноб? Да и окно, в которое влезла, закрыть не догадалась. Точно глупая.
Клирик залез в один из ларей, заменивших шкафы.
– Раздевайся. Ты выше меня ростом, но достаточно молоденькая чтобы денек походить в коротком, как девочка. Сейчас ты переоденешься в сухое, и…
Клирик замолчал. Никакого внятного «и» не вырисовывалось. Выгнать в дождь это несуразное существо было совершенно невозможно. А ведь прикажи – уйдет. Ладно. Сначала переодеть. Клирик отобрал в ларе рубашку, верхнее платье, в котором сам болел, простыню, обернулся… все что держал в руках, на пол выпало.
Перед ним стояла совершенно обнаженная девушка.
– Извини… Я такая страшная, да?
Улыбается виновато. И чихает. Всем телом. Кто там писал про неповторимые движения мышц лица? Да тут все неповторимо – и спинку выгнула, а уж грудь… Захотелось прижать бедненькую к себе. Согреть… Да хоть на плечике поплакаться, раз уж ничего другого не выйдет. В этот момент открывается дверь. Входит Дэффид. В руках кружка с горячим варевом.
– Ученица твоя передала… Это кто? – не сразу увидел в темноте. Хорошо, не облился. – Дочь, нам нужно серьезно поговорить.
– Это девушка, прежде всего, – Немайн набросила на пророчицу простыню, – которая очень промокла и простудилась, вот я ее в сухое заворачиваю. А еще это моя… хм. В общем, языческая жрица. Из Аннона. Слушала мои мысли и пастве излагала. Услышала, что я крестилась – пришла. При этом простудилась, изголодалась и очень устала. Такое вот чудо болотное.
Пророчица радостно кивнула‑поклонилась. Чудом ей быть нравилось, а против болот не попрешь. Снова чихнула.
– И что ты собираешься с ней делать?
– Отогреть. Накормить. Вылечить. Дать отоспаться. Потом пристрою к делу. Удочерять не буду, ни‑ни!
– И на том спасибо. Я о чем хотел поговорить… И чуть не забыл, весело с тобой по вечерам… Многие мастера берут больше, чем одного ученика. Ты тоже могла бы взять еще. Анна, это хорошо. Я так понял, она очень многое знает и умеет, потому тебе с ней легко. Но не взяла бы ты в ученицы кого‑нибудь из сестер? На всех зятьев заезжих домов не напасешься, а так у них будет статус повыше, чем у прежних клановых ведьм.
Клирик немного подумал.
– Боюсь, как сестер ни учи, первой будет Анна. Очень хороша, – понизил голос, – местами лучше меня.
Пророчица ахнула. И чихнула. А вот дрожь прошла. Лоб холодный. Похоже, все‑таки просто продрогла. Тем лучше.
– А ты пей, – прикрикнул на нее Клирик. – Маленькими глотками. А после этого лезь в кровать, кстати, в мою… И не стоит разводить при ней секреты. По крайней мере, пока.
Дэффид хмыкнул.
– Какие тут секреты? Всем ясно – Анна будет первой в Камбрии. А то и Британии. Тебя не считаю – ты у меня наособицу. Но у нас есть и королевства поменьше. Дивед. Брихейниог. Наш клан тоже не может оставаться без ведьмы, или как это теперь будет называться. Очень правильно, что по другому. В общем, твоя ученица – хорошо, а еще и твоя сестра – отлично…
– Хорошо. Сейчас эту вот напою горячим, уложу спать – и договорим. – Клирик повернулся к пророчице: – Кстати, зачем ты лезла в окно? Есть двери.
– У дверей твои большие стоят, у которых лица взрослые.
– Взрослые?
– Ну с бородами. Да‑да, усы я тут наверху у всех видела. Но почему они бород не носят? Хотят выглядеть моложе? Стареть боятся? Так женщины же тоже стареют… А‑апчхи!
А чихает уже чуть реже. Надо, чтоб заснула, пока варево действует.
– Римский обычай.
– А, правило верхнего мира. Ну и пусть. Мне вот лично безбородые мальчики даже больше нравятся. А тебе?
– Всякие, – обтекаемо заметил Клирик, внутри которого уже ворочалась, пробуждаясь, ранняя стадия тоски по оставленному за соседней стеной сыну. – Спи.
– А кто это – Дэффид?
– Мой отец.
– Бог? Ллуд крестился?
– Нет. Человек. Хозяин заезжего дома. И я не богиня. Просто сида. Спи.
Пророчица кивнула и зажмурила глаза. Честно. Изо всех сил. Чтоб любопытный глазок сам не выглянул в щелочку. Прежде чем выйти из комнаты, Клирик не удержался и подоткнул ей одеяло. Совершенно инстинктивно.
Лорн ап Данхэм начал день обычно. Пока соседи не сказали, что сида созвала всех прочих кузнецов в трактир и что‑то им рассказывает… Стало неприятно. Хотя сам виноват. Недоуважил.
Припомнилось: с ног сбившаяся сида, что не вылезает из колесничных мастерских, каждый вечер переводит кусок Библии, каждое утро отвешивает сто поклонов в церкви, прибегает к нему домой,
