что у нас – ничего хорошего. Суди сам: Рианнон детоубийцей ославили, пятнадцать лет и за рабыню не держали, Бранвен загнали в кухонные рабыни и каждый день непременно по лицу хлестали, одну Дон вежливо попросили освободить место сыну. Кстати, прогадали. Дон, говорят, добрая была – но не дура. При живом‑то муже у них все хорошо получалось.
– А с чего Немайн тогда землю взяла?
– Так это не она. Это отец за нее взял. И, полагаю, с королевским титулом просто не соотнес. Не разглядел за рекой, выпасами, лесом. Он ведь пока больше хозяин, чем властитель. Но – пока. Вот… Слова‑то обратно не возьмешь. Так что будет сиде задачка, как сил наберется. А ригдамной пусть побудет. Этого обычай вроде не запрещает.
– Вы про Майни? – Из внутренней двери высунулась сестра сиды, Гвен, как всегда хозяйничающая на кухне. – Глупости все. Не беспокойтесь. Она хорошая. И справится. Зато тебе, Кейр, стоит подумать про запас солода. С тех пор как мы варим «коксовое» пиво, горожане домашнего и не пьют почти. Наше вкуснее. Но теперь нам точно не хватит нынешнего припаса на всю зиму, а отцу не до того… Кстати, почтенный, не зерновое ли у вас хозяйство?
От римского обращения Ивор вздрогнул. Потом приосанился.
– Основной доход мне приносят стада, – сообщил он, разбавляя местным говором бедную латынь, – но и ячмень я выращиваю, и некоторый запас у меня, так получилось, имеется.
Запас назначен на черный день – мало ли, пожар в амбарах или лихолетье? Но тут вопрос стоит о добрых отношениях с семьей Немайн. То, что сида не захочет быть королевой, стало совершенно ясно. Сами могли додуматься. С другой стороны, Немайн ведь не просто сида. И кровь тут ни при чем – в Камбрии слово стоит выше крови, если уж признана «девушка‑сирота» Немайн дочерью Дэффида Вилис‑Кэдмана, так она и к роду его относится, и все старые права, обязанности и распри можно смело забыть. Но возраст и опыт не скроешь! Сравнить человека в двадцать лет и его же в тридцать – ежели не глуп, так разница будет заметна. И даже в дурака жизнь вобьет урок‑другой. А тут не десяток лет, тут поболе тысячи. Так что мудрее Немайн, поди, в Камбрии и не сыскать никого.
Отложив решение – а верней, перевалив на чужие плечи, Ивор занялся делами бытовыми. Тут выяснилась очень неприятная вещь: старшина клана, включая папашу Кейра, не случайно начала скупать кожи по неплохой цене – ожидался большой спрос, и они запасались, чтоб потом продать подороже. Наводнившие город римляне собирались покупать оружие. Много оружия – а значит, щиты и шлемы с кожаным покрытием. Пергамент тоже подрос в цене.
Преступления в поведении старшины не было – договор с греками еще не заключен, да и цену родичам дают неплохую. Но мелкое крысятничество по отношению к собственному клану не могло не раздражать. Тем более что в иных кланах уже случалось, что богачи узурпировали власть, либо являясь со своими должниками на Совет Свободных и разгоняя его, либо попросту заставив таких должников проголосовать на Совете Свободных так, как им нужно. А начиналось все вот с таких внешне безобидных проделок. С этим что‑то надо было делать, но что – Ивор пока не знал. Разве вот только завести свойство с другими кланами. Лучше всего – с Вилис‑Кэдманами. Последнее время они много силы взяли, их родню обидеть не посмеют. Да и сама идея стать представителем ветви клана в отдельном королевстве вдруг стала приятно согревать душу.
Так что, вернувшись домой, Ивор порадовал маленький Совет тем, что королевы у них, такие дела, не будет. А короля уже нет.
– Без короля нельзя! – таков был общий глас.
Жизнь без короля и помыслить невозможно! Если при неправедном короле земля не родит, скот не доится и не плодится, а людей косят глад и мор и прочие казни египетские, то что выйдет, если короля не будет совсем? А что угодно, вплоть до Ада на земле. Одной отдельно взятой.
– Пусть сида сама разбирается, – отрезал Ивор. – Она в таких делах понимает больше нашего. А нам пока нужно приготовить все, что нужно для введения королевы. Вдруг что понадобится. Потому как королева или нет, а защищать народ от незримого – ее работа.
Место выбрали хорошее – на холме, хоть и не сидовском, под старой ольхой. Рядом родник. Совершенно во вкусе Неметоны место. Правильный камень для возведения приволокли. Оставалось ждать, и ожидание было неспокойным. Смотритель, назначенный ко Кричащему холму принцем Рисом, все чаще обнаруживался вдали от холма. Жаловался, что холм стонет и шевелится, особенно по ночам. Что там внизу целый город, который сида запела насмерть – а теперь, стало быть, умертвия. Что он боится, очень боится… И тут же предлагал найденные в холме штуковины на продажу. А иногда, особенно под пиво, аж слезу пускал, рассказывая, что фэйри они, конечно, фэйри, недобрая