Тело-то и впрямь эльфийское, со всеми положенными признаками: ловкость, зрение, бессмертие и т. п. Но вот магии полагающейся — нет! Не существует магии в реальном мире! И выкручивайся, друг ролевик, как можешь!
Авторы: Коваленко Владимир Эдуардович
видел. Стало понятно – он все‑таки нашел способ изготовить уникальный клинок. Но уж больно сурово тот смотрелся. Как вещь, как оружие – хорош. Но как символ… Не сразу Лорн вспомнил, что этот – только предтеча. И возможно, вышел таким именно из‑за обиды на мастера, который не пожалел искусства, но не отдал ни души, ни крови.
– Тебя надо бы разбить или перековать… – сказал клинку Лорн, разогнав восторженных подмастерьев пить пиво. – Но я не посмею. Ты ранний Его предшественник. И возможно, враг. А теперь я даю тебе имя по цвету твоему – «Ди». И спрячу тебя подальше от дурных глаз.
И, тщательно завернув клинок в промасленную ткань, полез в подпол. Прятать. Чтоб не пошли по городу слухи о новом великолепном мече. Лорн не заметил, что из ветвей ивы за ним внимательно следит дочь лекаря Альма. Стоило кузнецу уйти, рыжая немедленно проникла в опустевшую мастерскую и полезла в подпол. До того кузнец никогда не прятал свою работу. А значит, интересно! Развернула – и обомлела. Такой красивой стали Лорн не делал никогда. Даже на хирургические инструменты.
Альма осторожно спрятала клинок обратно, клянясь про себя – никому‑никому! Ни словечка! Только матери. И Бриане. А еще нужно сказать братьям – им же в поход! Который, конечно же, приговорят старейшины‑сенаторы. Тут ее мысли перескочили со старших на младшего. Хорошо, что Тристан сбежал. Так напросился бы в поход, да и пора уже. Но Неметона с Эйрой теперь королю не подчинены! Может, не пойдут. А если и решат повоевать, так хорошенько присмотрят за братиком, не то что собирающийся идти с войском отец. У которого всегда наперво работа. Зато Майни успевает все!
Дэффид пребывал в отличном настроении. Теперь, когда главные решения приняты, в городе осталось всего по одному старейшине от клана, хотя сенаторов избрать не успели. Совет, прозванный Мокрым, вдруг усох и из стоголосой говорильни превратился во вполне приличное совещание из четырнадцати душ, включая председателя. Впрочем, количество душ намеревалось расти: приезжали представители тех кланов, которые на Совет не успели или сочли участие в старинной церемонии за блажь. Их встречали сурово, но справедливо, и Дэффид с удовольствием чеканил: «Нет налога – нет представителя». А налог брали не простой, а с возмещением. Мол, вы опоздали, а мы тут за вас работали. Извольте оплатить. Комнаты и пропитание – нет, а вот общие расходы по содержанию Совета – да. А Дэффид потом разделит возмещение между теми кланами, что уже заседают.
Сумма получалась, на фоне греческого контракта, небольшая, но получать деньги – не отдавать, это куда как приятней. В результате «Нет налога – нет представителя!» возглашали чуть не хором. В кои‑то веки и горные кланы, и равнинные, и прибрежные в чем‑то согласились друг с другом!
Дома тоже все было хорошо. Кейр и Тулла управлялись с хозяйством, хотя зоркий глаз Глэдис оказывался пока совсем нелишним. Зато сам Дэффид как‑то незаметно превратился в посетителя – да еще и самого важного. Кругом хлопотали дочери – правда, не все. Немайн отправилась осваивать пожалованные королем земли – холм в устье реки Туи с округой, – и Дэффид очень надеялся, что морской воздух пойдет младшенькой на пользу. Да и Эйре стоило развеяться, уж больно много работы на ней висело, пока младшая дочь валялась в беспамятстве. Опять же, где мастер, там и ученик, так что Эйра тоже отправилась на Кричащий холм. И арфу с собой забрала. Недели две по вечерам было тихо. Потом привезли новый инструмент. Снова мучения настигли трех дочерей! Глэдис припомнила, что занятия в свое время прервали, чтоб не искушать Немайн. Очень уж ей хотелось подпевать простеньким мотивчикам. Так что теперь Гвен, Эйлет и Сиан по часу в день бренчали – и выходило не так уж и плохо. А Туллу муж спасал. Сказал: пусть жена лучше трогает струны его души. А что означает: «струны души», не сказал. Харальд же, норвежский скальд, который любые кеннинги читает, тоже уехал с младшей.
Осталась одна забота – женихов отгонять да следить, чтобы приворотное никто не подсыпал. Тем более что Хозяин заезжего дома Гвента как раз прислал письмо, в котором намекал на пользу союза семей. Дэффид раздумывал: старшие сыновья у того женаты, и наследник дела объявлен.
За дочерей, которые вне дома, беспокоиться не приходилось. Осень, конечно, но Немайн по нраву строже монашки, а денег на строительство доброй усадьбы Дэффид выделил достаточно. Даже и накинул сверху – на новый мангонель. Реку и правда нужно закрыть. А силу, которая может победить Немайн при осадной машине, двух десятках работников и двух викингах‑телохранителях, представить не получалось. Разве вот собрать всех саксов в кучу… Так ведь не дойдут, передерутся.
А потому оставалось пить пиво и продумывать, кому и что сказать
