Тело-то и впрямь эльфийское, со всеми положенными признаками: ловкость, зрение, бессмертие и т. п. Но вот магии полагающейся — нет! Не существует магии в реальном мире! И выкручивайся, друг ролевик, как можешь!
Авторы: Коваленко Владимир Эдуардович
Должность которого звучала как «навозный чиновник». Не то чтобы этот человек занимался исключительно удобрениями – на нем висела нелегкая задача следить, чтобы земли королевства родили и не истощались. Последнее время, правда, он начал много на себя брать. Не то чтобы обнаглел – напротив, тащил воз за троих и брался за любое задание. Злые языки утверждали, что в награду за это сему достойному человеку было обещано переименование в «чиновника по земледелию», что, конечно, куда благозвучнее нынешнего титулования. Которое в народе сокращали до «навозника».
– Сиятельный Дэффид, – главный удобритель поклонился низенько, почти как королю, – позволишь ли себя обеспокоить хозяйственным делом? Я понимаю, что строительство в устье Туи ведет твоя младшая дочь и средствами, ей выделенными, распоряжается именно она. Но Немайн далеко, а ты близко…
Дэффид повернулся к нему в некотором недоумении. Дело было не слишком важным, и того, чтобы беспокоить человека, пытающегося координировать подготовку нескольких кланов к войне, явно не стоило. Тем более по сравнительно дешевому вопросу! Именно сейчас, когда Дэффид поставил на кон не только свои состояние и честь, но и средства половины кланов Диведа, когда игра шла на тысячи и десятки тысяч солидов, к нему приставали с вопросом ценой в пару золотых! Впрочем, Дэффид давно заметил, что наибольшее желание сэкономить у служилого люда, что у придворных, что у рыцарей, вызывали суммы, сравнимые с жалованьем. Привыкнув к собственным бытовым делам, они и за королевский милиарисий торговались, а сотню солидов спускали без особых разговоров. Заметив, Хозяин заезжего дома стал этим пользоваться, норовя продавать припасы для нужд короля крупным оптом. Так что теперь его жгло ощущение бессмысленности предстоящего разговора.
С другой стороны, этот вопрос связан с его дочерью. Которой он хотел дать возможность немного отдохнуть – пока не начнется. Немайн получила на обзаведение около сотни солидов, сумма из категории больших. Но не все же она навозному пообещала?
– В чем дело‑то? – когда чиновник побагровел от нетерпения, спросил Дэффид.
– В солонине, – торопливо сообщил тот, – в свиной. Я взялся поставить ей на стройку. Из королевских запасов. Тех, которые на случай осады. Сэр Эдгар принял новые бочки, этого года, а старые нужно продать. Они же хорошие, но к следующему году будут плохие.
Дэффид кивнул. Понятно, что сам комендант продажей старой солонины не то чтоб не озаботился, но торговать лично счел зазорным. И был, разумеется, кругом прав – если комендант торгует солониной, то кто учит ополченцев и ловит разбойников? А вот сбагрить ненужное через «навозника» – самое то.
– Так и что? – делая вид, что теряет терпение, поторопил чиновника Дэффид.
– Так не все хорошие! – всплеснул руками тот, и сам чем‑то похожий на одноименного жука – чернявый, плащ черный, усики торчат вперед… Нет, право, быть ему «навозником», какую должность ни получит. – Не все. Видимо, в позапрошлом году соли положили маловато.
Позапрошлый год был тихий… Как и большинство из последних, поди‑ка, десяти. Осад и битв никто не ждал, а соль стоила дорого. Она всегда стоит дорого, даже морская.
– А не ты солением заведовал?
– Нет, сиятельный Дэффид, не я. И сейчас не я… К сожалению. Я, с позволения сказать, человек аккуратный. Я бы проследил. К тому же те бочки, которые не вздулись, отчаянным образом пересолены. Кажется, часть бочек пересолили, а на другую, напротив, не хватило. Так что, боюсь, неиспорченные бочки тоже не придутся по вкусу Неметоне. А я не хотел бы испытать ее гнев. Я слышал про маятник…
Дэффид с трудом подавил улыбку. Надо же, детские страшилки оказались совсем не детскими. И весьма полезными.
– Неустойку плати, – пожал он плечами. – А что ж еще? Не верю, что моя дочь этого не оговорила!
– Даже записала, – вздохнул «навозник», – вот…
И потащил из‑под плаща довольно толстый свиток. У Дэффида глаза на лоб полезли. Ради десятка бочек солонины писать толстенный контрактище? Обычно в таких случаях хватало честного купеческого слова. А то пергамент дороже обойдется.
Впрочем, когда вчитался – от проставленных количеств и сумм глаза на лоб не полезли потому, как уже были на лбу. То, что он видел, никак не вязалось с прокормом пары десятков работников – пусть даже в течение года. Дочь отчего‑то скупала запасы, предназначенные для пропитания города в течение трех месяцев осады – небольшой рабочей команде, строящей крепкую усадьбу в устье Туи, этого хватило бы… Дэффид не стал трудить мозги. Позвал ту дочь, что помогала Немайн с расчетами на ярмарке. И очень поднаторела в обращении с цифирью.
– Эйлет, посчитай‑ка… Насколько этого хватит двадцати
