Тело-то и впрямь эльфийское, со всеми положенными признаками: ловкость, зрение, бессмертие и т. п. Но вот магии полагающейся — нет! Не существует магии в реальном мире! И выкручивайся, друг ролевик, как можешь!
Авторы: Коваленко Владимир Эдуардович
Лицезрение предмета страсти приводит к выбросу в кровь амфетаминов. И формирует зависимость… Вот и решение! Еще бы неделю назад догадаться. Но лучше поздно, чем никогда.
– Сэр Кэррадок! Ты мне надоел. Я ни делать, ни советовать ничего не буду. Ты влип поделом? Поделом. Я тебя простила? Простила. Прочее разреши сам, в конце концов, ты рыцарь или кто? Например, обидчика своего отлови, – тут Клирика осенило. – Могу немного помочь. Написать тебе грамотку, что имярек есть благородный рыцарь, ни словом, ни делом не обидевший добрых фэйри. До нынешнего лета. И в связи с этим находящийся под покровительством сиды Немайн Вилис‑Кэдман. Зайди в «Голову» вечерком, набросаю. И захвати с собой один милиарисий. Без оплаты серебром грамота будет бессильна.
– А почему только до лета?
– А вдруг ты до осени злодейство невиданное совершишь? – Немайн нарочито громко расхохоталась. Получилось похоже на карканье – очень хрипло и немного зловеще.
Прошла еще неделя. Сэр Кэррадок и вправду отправился в поход за своим странным Граалем. И бумагу купил. В «Голове Грифона» продолжались перемены. За одним из столиков устроился брат Марк, решивший, что возлияния на глазах у короля вредят репутации. Явившаяся с ополченческого учения Эйлет сделала то, что давно собиралась: шлепнулась в кресло у огня. Вытянула ноги к камину.
– Пока сестра лечится, оно мое! И бегать с тарелками я сегодня не буду! Нужно же девочке немножко отдыхать. Ведь, вернувшись, эта демоница займется мной! А сэр Эдгар совсем озверел… Ну почему его назначили временным комендантом?
Сэр Эдгар действительно взялся за дело всерьез. Теперь в ополчении просто числиться было нельзя – требовалось два раза в неделю выходить на учение. По графику. Все прочие из рядов городского ополчения исключались. То есть превращались в людей второго сорта. Или вынуждались покинуть город. Право отлынивать от учений получили только старые, хворые, да лекаря. А после небольшого скандала – и беременные, коих временный комендант приравнял к больным. Размякший за два десятилетия мирной жизни Дивед стремительно вспоминал, что такое военные порядки…
Немайн заявилась только к вечеру, усталая и довольная: Лорн, наконец, испытал меха с тягловым приводом. На этот раз ничего не сломалось, возросший жар горящих углей ощущался физически, а получившийся нож кузнец без колебаний пометил своим клеймом. Эйлет успела было задремать, но с радостью вскочила навстречу. Обнялись, будто не виделись год.
– Приветствую тебя, сестра моя! Истинная ива пира копий!
– И я тебя, чайка реки меча!
От двоих сидящих под замком норманнов нашлась польза – они жутко скучали. Не желая принять рабскую участь, изощренно поносили победителей, впрочем, достаточно аккуратно, чтобы не умереть без оружия в руках, предлагали за себя выкуп. Один выражался настолько высоким стилем, что Немайн немедленно сочла его скальдом, и потребовала научить высокому искусству сложения саг. В обмен обещала выкупить из плена. И уже заготовила для него работу: норманн должен был стать учителем. Стихосложения. Да, методика построения скандинавских образов‑кеннингов несложна: понятие заменяется парой слов, одно из которых отображает суть, второе же позволяет ее верно опознать. Можно и складывать кеннинги. «Чайка крови» – ворон, ну а богиня Немайн – ворон‑оборотень. Кровь – «река меча». Вывод: «Чайка реки меча» – Немайн. Такая речь звучит весьма возвышенно. Развивает образное мышление – при составлении и логическое – при восприятии. А при некоторой ловкости позволяет дать многоплановую информацию. Кеннинг «Радующая осу трупов», например, можно отнести к Эйлет. И при прямой расшифровке он значит просто «воительница». Раз она с учений. Но – «оса трупов» – ворон. Ворон – Немайн. Полный смысл кеннинга: «Воительница, радующая Немайн». Три слова без шифра, три с шифром. А настоящие поэты и больше смыслов вложат, получится коротко и емко. Идея языка, загадочно‑мистического для профанов и легко понимаемого посвященными, органично воспримется детьми и солдатами. Первым интересно, вторым полезно. Кеннинги длиннее, но расшифровать их чуть сложнее, чем обычный код.
– О, радующая осу трупов! Сладок твой мед. Но сегодня меня ждет скучная наука чисел! А не скованные скалы фиордов! – то есть, плененные викинги.
– Быть может, ты и меня натаскаешь себе в помощь? Я охотно присоединюсь.
У Немайн, как у МЛАДШЕЙ дочери Дэффида Вилис‑Кэдмана, появились обязанности по хозяйству. Служба в ополчении – не хлеб, а привилегия. Но никаким нужным в хозяйстве ремеслом сида не владеет, а использовать богиню на подхвате да побегушках приемный отец все‑таки не смел. Дерется хорошо, но не вышибалой же пристраивать? Опять
