Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
сбежали в горы, бросив имущество врагу.
Утром когда готландци уже праздновали кровавую победу, они увидели подходящие с моря корабли гетотов, вот тогда и попыталась эта банда сбежать, погрузили раненных на корабли и начали уходить на север, но их догнали. Гетты весь день гнались за готландцами и уже к вечеру догнали флот торговцев и был тяжелый бой. Воспользовавшись наступившей темнотой готландци вышли из боя и шли домой двое суток без остановки, что бы оторваться от противника, а потом на них напали мы.
Из всего этого рассказа я понял только одно, где то там сзади с удалением в сутки идет большой флот и нам нужно сваливать.
Мои не очень серьезные аналитические способности говорили мне, что в регионе скоро что то поменяетя. Вот например флот сконцев потерпел неудачу, и теперь гётты обязательно попытаются их добить и взять под себя все земли сконцев, а в это время должен попытаться взять под себя голландцев и свеев. Есть два варианта, первый вариант — это устроить вторую засаду на флот геттов и разбить их, а второй вариант — это быстрая десантная операция на готланд, грабеж и отход домой. Кораблей у нас теперь столько, что мы сможем вывести с готланда все имущество и всех рабов, что поймаем. И это будет серьезным ударом по геополитическому противнику, что не позволит готландцам в ближайшее время восстановить сили и пойти в свой поход ‘драх на остен’
Что бы решить вопрос дальнейших действий мне требовался военный совет.Совет я решил проводить по всем правилам. То есть вначале заслушать самых молодых и самых неопытных, а потом дойти до самых уважаемых воевод. Ну, а в конце совещания, я так сказать должен подвести итоги. При таком проведении совета присутствует и элемент военной демократии и определенный уровень единоначалия. Осталось только найти самого молодого, но по всему выходило, что самым молодым был именно я. Однако я ведь не могу быть самым молодым, поэтому я оглядел всех присутствующих и сказал — Аркх, скажи, что ты думаеш о дальшейших наших действиях, что предлагаешь предпринять.
— А что тут предпринимать, все зависит от тебя Чеслав — пожал плечами Аркх — если ты хочешь заблокировать торговлю и непустить северян в свои земли, то нужно воевать со всеми. Но если ты хочешь посадить Алларата конунгом на Готланде, то нам придется хоть с кем то заводить дружбу, и поэтому воевать с гёттами и сконцами нельзя.
— Так что же делать — не понял я — если ты не хочешь воевать с гёттами, то скажы как сделать так, что бы они на нас не нападали.
— Нужно отойти как можно дальше на полночь к Готланду и встретить флот Геттов в море, только встретить с белым щитом и поговорить с ними, если разговора не получится, то мы просто уйдем на восток в море.
— Понятно — подвел я итог заслушивания Аркха — я думаю они не станут с нами говорить, ведь мы для них почти как готландци, то есть конкуренты. А вступить в открытый бой без какой либо хитрости мы не можем. Ведь мы разбили готландцев с турдом. Я вот тут подсчитал и у меня получилось, что у готландцев на 15 кораблях было всего 223 человека, и мы струдом разбили их с засады. Ладно я понял тебя Аркх, теперь ты Олаф, скажи что думаешь.
Олаф кхекнул, послушав перевод слов Аркха и затараторил толи на финском, толи на эстонском. Этот язык я точно раньше слышал и определял его как прото-шведско-норвежский.
Переводчик покачал головой — этот бородатый слишком быстро говорит, я его с трудом понимаю.
— Так скажи хоть то, что понимаешь.
— В общем, он говорит, что на севере есть еще два свейских секонунга и у них есть тоже корабли, однако они не будут воевать со сконцами, потому что не хотят потерять торговлю и выход в Северное море. Олаф хочет забрать свою долю трофеев и уйти домой — завершил свой рассказ переводчик.
Так, подумал я, вот уже и крысы бегут с корабля, хотя почему крысы, ведь Олаф шел с нами, что бы бить готландцев, а теперь его задача выполнена, угроза от готландских купцов-гопников устранена и теперь можно спокойно налаживать контакты с конунгами проливов и выходить с товарами в Северное море.
— А что ты знаешь про их конунга? — спросил я у Олафа.
— Это Фафнир сын Хрейдмара — ответил Олаф — Хрейдмар давно брал золото с торговцев за проход в Северное море, но потом Фафнир убил своего отца и теперь он правит проливами.
Вот это поворот, а я и не знал о таких дружеских родственных разборках в местных водах.
— А есть ли у него какой либо город, где можно пограбить? — спросил Радомир.
— Знаю я тот бург — ответил Ятвиг — этот Фафнир сидит на драконьей горе у большого залива Гнитахейди. Ходили мы к тому бургу еще при Хрейдмаре, но взять крепость на получилось.
— Говори теперь ты Ятвиг — указал я на вождя ободритов.
— А что тут говорить, эти мерзкие северяне нам всем как кость
