Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
сразу всех врагов, а если не получится, так можно отвернуть на юго-восток и поставив паруса легко уйти от преследования. Я специально взял в свой отряд почти все суда, оборудованные хоть и плохими но все же парусами. А вот у врага я ни одного паруса не заметил, непонятно почему, может не хотят себя светить, ведь парус с далека видно. Хотя, есть и второй вариант, это дороговизна паруса, ведь его здесь делают не из парусины, а из самой что ни на есть шерсти. Из шерсти какой то особой горной овцы, у которой волоски шерсти пропитаны каким то особо ценным жиром, и один такой парус может делать все селение целый год. Поэтому паруса такие дорогое. По местным меркам сделать шнеку с парусом, это как в 21 веке произвести Боинг или Аэрбасс. Я вот за шесть месяцев из сырых досок сбил себе восемь двенадцати весельных чаек и уже вижу все косяки такого ‘а ля чина’. Чувствую, что все мои новые корабли после возвращения нужно будет ставить на ремонт, ну или отправлять на Днепр. Там все таки нет больших волн и при качке нет такой ужасной течи. У меня почти пол команды с ведрами сидит и воду выгребает. Хреновый с меня мореход получился, хотя я же оптимист. Как говорится не ошибается тот, кто ничего не делает, а я обязательно себе хороший флот заполучу из сушеных дубовых досок. У меня людишки нашли огромный дубовый лес, я вначале думал, что это Беловежская пуща, но получается, что в 20 веке вроде бы пуща была где то рядом с Брестом, а это очень далеко от Западной Двины.
Ну все прошли последние вражеские суда, пора действовать.
Очень медленно удалялся на северо-восток вражеский флот, а мы начали спускать свои ладьи на воду. Дело хоть и привычное, но тяжелое. Чтобы надежно укрыться от наблюдателей противника, пришлось оттащить суда на 500 шагов на берег и спрятать корабли в зарослях какого то кустарника. А теперь как стадо муравьев тащит бедную гусеницу, мы тащим свои ладьи на руках к воде. Медленно и осторожно, в начале толпой принесли одну чайку, потом вторую и так далее. А спешить нам некуда, я не собираюсь нападать на противника прямо сейчас у берега, у нас силы свежие, а враг гребет против течения уже больше двух суток, к тому же уходит в открытое море, вот мы и подождем, когда враги окончательно устанут. Кроме того я все таки надеюсь на понижение боевого духа вражеских экипажей. Ведь сейчас век каботажного плавания, то есть все переходы морские идут вдоль берега и любая попытка уйти мористее может закончится катастрофой. Все современные моряки боятся моря, все кроме меня. Потому, что я как абсолютно сухопутный человек, являюсь полным профаном в морском деле и не боюсь ничего не потому, что смелы, а потому что дурак. Я даже примерно не представляю какие неприятности меня могут поджидать в Балтийском море. Говорят, что удача дураков любит, или там про смелых говорится, хотя какая разница, в отдельных случаях это одно и то же.
Устали мы быстрее, по крайней мере мне так показалось. Мы до самого вечера гребли, имея в поле зрения последние вражеские корабли как малюсенькие точки на горизонте, а иногда и эти точки пропадали, тогда приходилось поддавать газу и разгонять мой небольшой флот. А флот действительно был небольшим.
С Радомиром ушел отряд ободритов под руководством избранного вождя Ятвига и отряд местных викингов под командованием Олафа. Да, именно викингов. Теперь то я точно знаю значение этого слова, викинг для местных людей — это человек из страны тысячи скал, то есть человек из вика или из залива. И викинги это местные свеолы, то есть будущие свеи или шведы. А вот тех кто живет южнее местные четко называют сконцами, то есть ‘сконе’. По всему выходит, что сконе и свеолы это как минимум разные племена, а то и разные народы. Для меня важно понять только одно, будут ли свеолы воевать со сконцами, а может просто сбегут, а еще хуже могут в трудный момент и в спину ударить, так как мы для них вообще чужаки. Вот я и отправил Олафа с братом, если что ему сбежать не дадут, по любому или ободриты, или люди Радомира Олафа приструнят, ну или сожгут на фиг вместе с прото дракарами.
Со мной остался Алларат с отрядом готов и Аркх с отрядом днепровких пиратов. По количеству личного состава наши отряды вроде бы равные, но вот по силе корабельного состава первый отряд вне конкуренции. У Радомира 4 боьшие биремы, суда с высокими бортами, на целый метр выше борта средней чайки, поэтому взять такой корабль на абордаж не просто, но это не главное, а главное то, что там на борту биремы по 2 баллисты, и полный бортовой залп эскадры по вражеской шнеке способен выбить сразу половину команды, даже щиты не помогут, а потом сверху влупить еще и арбалетами, тут на простую победу у врагов шансов нет. Поэтому я и боялся ночного боя. Враги тоже не простые и под стрелы да болты не пойдут.
Вечер накатил быстро, вот только красное
