Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
запасали воды в бочки и бурдюки, готовили стрелы для арбалетов. За это время умерло 14 раненных. В наше время медицины почти и нет, раненного мажет какими то вонючими мазями и оставляя несчастного на волю богов продолжали заниматься своими делами. Умер и великий вождь Алларат, мне его было реально жаль, мужик оказался хорошим, да и планы у меня на него были, а теперь сама идея захвата Готланда имела бредовый характер. Нет у меня хозяина, нет того, кого я мог бы оставить на этом треклятом острове. Ну надеюсь, что брат Радомир со своими пиратами так или иначе отвадит готландских да ютландских купцов от народов чуди и веси, пусть своих протофинов каких то там саамов доят, а чудины это как говорили братки из 90 это моя корова и доить её буду я.
К Готланду мы подошли через десять дней. За это время все отдохнули, похоронили умерших от ран, а самое главное, что часть раненных уже могла сесть в ладьи и не валятся там кучей мяса без сознания, а это уже дает возможность совершить длительный переход домой, без угрозы потерять всех раненных. Мы разделили трофейные корабли, и теперь все имели свое судно. Да абсолютно все чайки и ладьи имели по 12 человек на веслах, то есть все сидели в одну смену гребцов. Суда были перегружены трофейным оружием, бочками с припасами, бурдюками с водой, и я не видел уже никакой надобности идти на Готланд. Зачем, даже если нам сдастся целый остров, то нам все равно уже не увести ничего, и так ладьи перегружены.
Я долго смотрел на берег, слишком долго по мнению моих людей. Чего я ждал, не знаю. Может мне было страшно. Страшно в первый раз в этом мире. То есть я реально понимал, что с этого боя я могу и не вернутся. Мы простояли по меркам 21 века примерно часа три, и за это время в непонятном и неизвестном городке на острове Готланд я увидел около полутора сотен воинов ютландцев.
Казалось бы, всего полторы сотни, против моих 260 боеспособных воинов, но вот что то говорило мне о том, что тут боя не будет. Тут будет мясорубка. Ютландцы слишком агрессивно настроены. Они даже за вал не зашли, огни бегали по берегу и размахивая щитами, топорами и копьями, посылали проклятья в нашу сторону. А я все ждал. Я ждал и боялся, что где то тут может лежать или сидеть в засаде еще не меньше трех сотен воинов. Да по всем подсчетам у врага должно было высадиться на берег от 500 до 700 воинов. А вот по берегу бегает 148 человек.
Я махнул рукой и мой сигнальщик подал команду ‘Командирам ко мне’.
Да они и так стояли на своих судах не вдалеке и тоже пристально смотрели на бегающих по берегу людей. Что думал Радомир и Аркх, мне неизвестно, но вот взгляд Ятвига был недовольным. Этот чертов ободрит уже заподозрил, что его князь как бы это сказать струсил что ли. Но меня мнение Ятвига вообще не интересовало, я больше переживал о том, что скажет мне братан по имени Радомир. А вот Радомир так же как и я воевать не спешил. Почему, да все просто. Мы не просто устали, мы думали, что враг, оставшись на острове без кораблей будет сломлен и раздавлен морально, а вот тут они бегают и орут как дикие вепри. Они эти ютландцы не сломлены, они готовы рвать нас зубами, а мои люди сидят тихо. Где то там в 20 веке это бы назвали моральным поражением, а вот тут я сейчас изображаю типа задумавшегося командующего. И теперь неважно как в дальнейшем будет развиваться бой, и кто победит, важно, что теперь мои люди будут долго сюсюкаться и обсуждать нерешительность князя. Авторитет мой за три часа этого стояния медленно падал, а я уже и не думал о том, как победить. Я думал об этом чертовом авторитете лидера, я хотел только одного, я хотел выкрутится из этого косяка с прибылью для себя любимого. И вариантов у меня не было, вернне был только один и мне он нравился мало, но делать было нечего.
— Что ты решил брат? — спросил Радомир.
— Не хочу я брат проливать кровь наших людей — я осмотрел корабли Радомира и Аркха — люди не уверены в победе, а это уже часть поражения. С таким настроем мы можем потерять слишком многих воинов. Я возьму всего пять десятков, пять десятков самых лучших и мы сойдем на берег, а все остальные пусть смотрят как нужно усмирять взбесившихся вепрей.
— Я иду с тобой — крикнул Радомир.
— И я с вами -заорал Гореслав, а за ним уже на наших кораблях начали то там, то там вставать со скамей воины и размахивая топорами выкрикивать оскорбления в адрес противника.
— Всего пять десятков человек — крикнул я — вздеть брони, перегружайтесь все на две биремы.
Сам я раздел одного из своих воинов, что подходил мне по росту и комплекции и натянул его бронь. Засунул два топора за пояс, отобрал два меча, закинул щит за спину и полез на бирему Радомира.
Ну что, я осмотрелся, так и есть все уже были готовы, и это были лучшие из лучших, сброд собрался тот еще, но по виду ничем не уступают вражеским бойцам. Ну что теперь
