Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
мимо их земли, не уплатив большой дани от торговли с Саамами. Только злые торгаши готландци могли позволить себе ходит вдоль берега контролируемого Харлавом беспошлинно, так как готландцы продавали соль, а торговцы солью были неприкосновенны, да и сил у них было больше.
Но вот именно сейчас у Харлава есть хорошая возможность стать конунгом, нужно сделать так. чтобы с похода не вернулись Олаф и Хругви.
И вот сейчас узнав о поражении готландцев, все ярлы озера Меларен собрались в морской поход, и никто не позволит Олафу пройти домой, так как побоятся, что Олаф попытается разграбить там их земли, пока остальные ярлы будут в походе.
Теперь либо соглашаться, либо готовится к бою.
Олаф был умным ярлом, к тому же он прекрасно понимал силу с которой придется столкнутся, а это не только сконцы и недобитые готландцы, это и непонятные князь Чеслав с огромной дружиной. Вот будет удивление у этих размалеванных увальней, когда они увидят корабли Чеслава и его брата Радомира, вот умора.
Олаф согласился, он согласился пойти в поход на готландцев, а если получится, то можно пощипать и сконцев, так как у тех толстосумов всегда серебра много и железа хорошего добыть у сконцев можно.
Но у Олафа зазудело в подбородке, у него всегда чесался полдбородок, когда его чутье предвещало опасность. А опасность вот она рядом, эти два размалеванных медведя при первой же возможности попытаются убить и Хругви и Олафа, чтобы стать единовластными правителями озера Меларен.
Но у Олафа есть шанс, есть непонятный Чеслав, который может сорвать все планы неуравновешенных братцев.
В обед шестого дня, когда море уже стало успокаиваться, наблюдатель, что сидел на вершине горки замахал руками и что то начал кричать, указывая на север. Я медленно поднялся к нему на наблюдательный пост и увидел вдали два десятка черных точек на воде. Корабли, это были корабли. И шли они с севера с земель свейских морских конунгов. Вопрос только в том, это друзья или враги? Вот ведь сбежал от Радомира местный свейский ярл Олаф. Не стал воевать с данами, а воспользовавшись большей скоростью своих суда просто ушел на север. А теперь похоже собрал кодлу и идет назад, вопрос только зачем? Может нам помочь желает, а может и нас побить хочет, в надежде на то, что нас потрепали даны. По любому нужно готовится к встрече.
— Я возьму сотню воинов и мы с Аркхом на четырех малых и двух больших судах выйдем в залив и встретим гостей в море — сказал Радомир — а ты смотри внимательно брат, еще одна группа может подойти по берегу.
— Ты думаешь они нападут? — спросил я Радомира.
— Могут попробовать, они ведь думают, что нас даны серьезно потрепали — ответил Радомир — а если решат побить нас, то обязательно нападут и с берега и с моря. Ты Чеслав неплохо командуешь пешими воинами, вот и охраняй наш лагерь, а уж мы с Аркхом встретим гостей в море, нам это не впервой, мы привыкшие на воде биться.
— Гореслав — заорал я — собери все брони и одень наших воинов.
Я повернулся к Радомиру — возьмешь арбалеты? — спросил я.
— Нет, твои самострелы хороши, но у свеев большие борта и прочные щиты, я лучше все луки возьму, лук может стрелу за щит забрасывать.
— Как так за щит? — не понял я.
— Да все просто мечешь стрелу прямо в небо, а она потом падет вниз и поражает гребцов за щитами, мы на Славутиче так охрану купцов били, так что опыт есть.
Я спустился с горки и пошел к своим людям.
— Судислав — обратился я к своему десятнику — отправь вон туда к лесу пятерку воинов в дозор, пусть осмотрят подходы к нашему лагерю, и вон туда на горку посади десяток воинов с арбалетами. Пусть оборудуют себе позицию и если враг нападет пусть бьют болтами во фланг нападающим.
— Гореслав готовь лагерь к обороне, чайки перевернуть и поставить в круг, женщин и раненных укрыть за чайками, и позови мне сюда старшего от готландцев.
Привели мужика пленного, тот осматривал меня так же внимательно как я осматривал его.
— Там враги ваши идут — я махнул рукой в сторону моря — свеи идут сюда, не ведомо мне с чем идут. Толи с миром, то ли с войной. Если война будет, то вас всех перебьют вместе с нами, договорится со свеями не удастся, а если с нами плечом к плечу станете, то отобьемся без больших потерь. Что скажешь готландец, с нами будете биться, или в стороне постоите.
Толмач перевел мою речь, и готландец задумался. Я видел и даже слышал как ворочаются в его голове мысли. Глазки то прищуривались, когда готландец думал, то расширялись, когда он что то складывал или вычитал, а потом он что то сказал, а я махнул рукой толмачу и тот перевел.
— Мы твои пленники, но свеи не пощадят нас — сказал толмач, переводя слова готландца — если вас побъют, то и мы умрем. Скажы вначале князь, что с нами делать решил, а
