Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
мы уж и подумаем.
— Я хочу вас на землю посадить, есть у меня крепостица для вас, стоит в хорошем месте, там воеводой брат мой сидит Радомир. Неволить не буду, люди вы свободные, бабы ваши вон с вами останутся, получите сети, лодки и будете рыбу ловить, да торг моими товарами вести.
После того, как толмач перевел мои слова готландец задумался, а потом кивнул и пошел к своим людям. Людей у него было немного, но в этом случае и почти пять десятков воинов, хоть некоторые были и ранены, все таки сила хорошая. И свои раненные уже чуток оклемались и с копьем да щитом в строй стать смогут.
Долго готландцы не думали и их само названный вождь подвалил ко мне с интересным предложением, что хотят воины заключить со мной договор на служение на пять лет, так чисто для откупа, а потом типа я их отпустить должен с бабами и детьми куда глаза глядят. Наивные чукотские парни, да кому вы нужны будете через пять лет, и куда вы пойдете с насиженной земли. А может это такая форма вроде и согласились, и условия свои выдвинули, то есть показали себя свободными и гордыми людьми.
Далее происходило все как то буднично, никто не бегал с квадратными глазами и в панике, как обычно в кино показывают, зато все спокойно разбились на группы и мелкие командиры. То ли назначенные непонятно кем, то ли само назначенные по принципу крутизны яиц и длинны пениса, но работа шла. Несколько групп воинов в доспехах тащили недосмоленные ладьи и выставляли их в круг по типу крепости, другие воины вокруг этой ‘крепости’ вбивали в землю колья в три ряда в шахматном порядке. Это конечно не абы какая защита, но пока такие колья преодолеешь можешь поймать не одну стрелу в брюхо.
Женщины перетаскивали рыбу, что сушилась на веревках про запас в центр импровизированной крепости. Кто-то похватав пустые бочонки побежал к ручью за водой. В общем началась плановая подготовка к отражению нападения врага со стороны леса.
Я медленно прошел вдоль нашей линии обороны, осмотрелся.
Да не айс.
В отдельных случаях полоска леса подходила к нашему лагерю на удалении до 100-150 шагов, но наибольшее удаление было шагов 500.
Соответственно с того места, что подходит максимально близко к нам лес можно спокойно обстреливать лагерь из луков, и не дай бог начнут горящими стрелами лупить, просмоленные ладьи сгорят на хрен, тут к бабке не ходи.
Я прошел к самой кромке леса, а за мной тихой тенью шли два воина. Здоровенные такие, если что то они меня только своим телом часа три от стрел прикрывать смогут. Пройдя вдоль леса мне в голову пришла только одна мысль, это срубить засеку хотя бы шириной в две-три дерева и длинной в сотню шагов, и деревья валить к лесу кронами.
Осмотрев еще раз наши укрепления со стороны леса я пришел к нехорошему выводу, лес находился на небольшом склоне и наш лагерь был как на ладони. Маленький склон, со стороны воды его и не видно, а вот сверху вся ущербность нашей позиции на лицо. Тут десяток лучников поставить и нам хана, не дадут голову поднять.
Вот блин, придется опять принимать сложное решение, то решение которое я не очень люблю, то есть придется самим нападать, то есть выискивать подходящего к нам врага и лупить его с засады. А уж там как пойдет, другого пути нет. Хотя почему нет, можно загрузится на просмоленные ладьи и выйти второй линией в море, а те ладьи, что еще не просмоленные пока при топить возле берега.
— Гореслав — крикнул я своего воеводу — я хочу послать несколько групп глубинной разведки.
Я махнул рукой в сторону леса — если на нас нападут со стороны берега, то им придется идти только по лесу, так как в любом другом случае мы сможем обнаружить врагов еще на подходе.
— Я отправлю две пятерки лучших воинов пусть лес проверять — тихо сказал Гореслав — но сдается мне, что основные силы все же с моря подойдут, а мы даже не сможем Радомиру помочь.
— Тут ты прав — я осмотрел оставшиеся чайки — сколько судов можно быстро подготовить к выходу в море?
— Три чайки готовы уже сейчас, а к вечеру и четвертую подготовим.
— Не нужно четвертую готовить — отмахнулся я — времени не хватит, спускайте три чайки к воде пусть стоят на всякий случай там. А линию обороны из фашин и кольев делайте.
Я периодически поглядывал на воду и уже отчетливо мог отличить маленькие точки, что копошились внутри вражеских судов.
Двадцать три, двадцать, двадцать четыре. Я сосчитал количество воинов на ближайших судах. Сосчитал и успокоился. Тут все понятно, один такой кораблик может взять не более двадцати пяти человек на борт. И по всему выходило, что корабли упакованы людьми под завязку, то есть нет подтверждения того, что кто то сошел на берег и сейчас крадется к нам по лесу.
Однако расчеты все таки были неутешительными, там у врага было почти 400 бойцов,
