Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
говорившего.
— Принесите гостю меда — повернул голову и прорычал воевода, кому-то махнув рукой.
Через минут пять немого молчания притащили маленький бочонок и наверное литровый деревяный паломник.
Когда человек нацедил из бочонка медовухи и протянул деревянный паломник воеводе, воин что стоял — справа перехватил угощение и соскалившись в надменной улыбке смачно отхаркнув сплюнул в медовуху, а потом передал кубок своему соседу. Сосед долго не думая также смачно харкул в питье, а потом это же проделали все десять воинов, что стояли рядом с воеводой.
Мои люди скрипели зубами, а я смотрел на это развлечение с улыбкой. Я все таки не полный урод, и вот так вот начать убивать незнакомых людей мне все еще трудно, хоть никогда толерантностью не страдал, а совсем даже наоборот. Но вот такое вот явное проявление хамства и намек на то, что висеть нам рядом с Гореславом ставил все на свои места, и я уже не чувствовал абсолютно никаких угрызений совести.
— Что же не берешь угощение — оскалился молодой вояка — на воевода кубок, встречай гостя дорогого.
И с этими словами наглый воин протянул воеводе деревянную бадейку с медовухой и соплями. Сзади меня зашелестели мечи, вытаскиваемые с ножен.
— О-о-о, тихо — сказал я поворачиваясь к своим людям через левый бок, как бы стараясь остановить надвигающуюся сору, а в это время повинуясь инерции движения ножны с мечем переползли с левого бока немного на живот, и воспользовавшись тем, что меня со спины не видно, положил правую руку на рукоять меча.
— Люди местные просто не знают, что такое вежливость и гостеприимство — с этими словами я с разворотом вправо, одним движением извлекая меч рубанул по руке нагло улыбающегося вильца, а потом не останавливая движение, по лицу воеводе, а потом с разворотом еще одного по правому плечу. Я успел зарубить троих, прежде чем все остальные участники битвы с обеих сторон извлекли мечи, но тут же тяжелые кожаные полы откинулись и на ладьях появились стрелки.
Сделав блок скат и рубанув четвертого я узрел, как сотни смертоносных болтов полетели во вражеский отряд.
— За мноой — заорал я и кинулся к воротам города, но не суждено было взять этот бург приступом.
Буквально в десятки шагах от меня ворота со скрипом затворились а со стен в меня полетели две сулицы. Ух, ты, еле успел уклонится, я не останавливаясь, довернул вправо и побежал петляя назад к кораблям.
Вражеских воинов добили быстро, никто не ожидал увидеть перед собой столь вооруженный отряд. Каленые болты с легкостью прошивали кольчуги вражеских воинов, а брошенные ими дротики не смогли пробить стальные пластины ламилярных доспехов. когда враги сообразили, что под куртками у нас бронь, сопротивление было уже подавлено.
Примерно через тридцать минут, на стенах собралось около двух сотен вооруженных местных жителей, без броней, но зато все с копьями и щитами, ктому того было много лучников. Да такой город приступом на халяву не взять, а еще не известно сколько дружинников выехали из города и погнались за отрядом Радко. Почему я думаю, что кто-то ушел к границе княжества, да тут все просто. Если бы Радко никого на пути не встретил, то был бы уже тут с моими пешими песьеголовцами, а раз их нет, то похоже отступили к Обре, и за ними кто-то гонится.
Осады не получится, а ну как вражеские конные дружинники вернутся и ударят в спину. А ударить могут, так как там могут встретить тысячную рать Тиудимира и на рысях поскачут домой, что бы упредить воеводу. А тут мы стоим, вот и лупанут по нам в спину.
На стене появилась хорошо одетая девица, похоже княжна и возле нее появился толмач. Толмач что-то прокричал, но я его не понял, видно княжна не местная, и на каком языке она говорит я не понял, но как ни странно я не понял и толмача, ведь воеводу я понимал, с трудом но понимал.
Потом толмач опять прокричал, видно перебирал знакомые языки и вот тут уже я его понял, он говорил на языке князя Воломира, и я все понял.
— Кто ты воин и что тебе надо?
— Я князь Чеслав — крикнул я — пришел к тебе княжна спросить кровью за жизнь своего человека.
— Твой человек тать и душегуб, то свидетели подтвердили, за то и смерть получил.
— Ты что-то путаешь княжна, мой человек воевода Гореслав, проливал кровь готландцев и подлых свеев, разве проливать кровь врагов наших преступление?
— Он грабил торговцев.
— Так что с того — возмутился я — разве не велит закон брать виру, почему ты не присудила виру, и почему не отправила ко мне князю за откупом. В этом бурге убили моих людей, вы все повинны и заплатите кровью, если хочешь то можешь откупится, всего тысячу гривен серебра.
— Ты знаешь чей этот бург? — возмутилась княжна — разве
