Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
а я с тобой если не возражаешь.
Дорога была интересной. Как не странно, но сотник оказался разговорчивым мужичком. и пока мы ехали он охотно отвечал на мои вопросы, да и сам интересовался жизнью в наших болотах. Переводчик наверное хотел уже проглотить язык, его взгляд говорил о том, что достали вы уже меня, да помолчите уже, но нет все болтают и болтают.
Когда проехали уже пол дороги, сотник спросил, что это я так много железа на себя напялил, как можно в таком обвесе воевать, не удобно же.
И чего это неудобно-то, отвечал я, это же инновация, мля, Сколково с их мопедами отдыхает. Да я в этом доспехе могу пархать как бабочка и жалить как оса.
— Врешь небось — засмеялся сотник.
— Хочешь проверить?
— Хочу!
— Ну ладно, поставь своих десяток стрелков, да накажи пусть в меня стрелами бьют, только коня не убейте, жалко скотинку. А я вот например поставлю свое копье с бараньей шкурой вон там, и попробую к нему прорваться и срубить шкуру.
Сотник осмотрел копье с прикрученной к нему бараньей шкурой и приказал своим людям воткнуть копье рядом с собой, а мне атаковать от перелеска. Я осмотрелся, до перелеска было метров двести. Ну ладно, от перелеска, так от перелеска, хорошо, что этот кичливый гунн, не прикрепил себе к шлему ту баранью тушку, а воткнул рядом со своим конем в пяти шагах.
Я отъехал, развернул коня и опустил забрало шлема. а потом вытащил саблю и пришпорив коня пятками понесся вперед. Уже через пару секунд в меня полетели стрелы. первые стрелы я даже не отбивал, а уклонялся в седле, а потом пришлось немножко помахать сабелькой, отбивая летящие прямо в шлем чёрные древка стрел. Несколько выпущенных умелой рукой снарядов все таки чиркнули по шлему, но время было упущено, я уже возле древка, и с пролета лупанул по шкуре саблей, резко ушел вниз.
Подлый сотник решил приколоться и в последний момент, когда до меня оставалось пол корпуса, он поднял свое копье и попытался меня ткнуть. Я лишь успел пригнутся, так как моя рука с саблей после удара ушла назад, но я уже поравнявшись с крупом гунского коня успел таки вернуть саблю и хлестнуть ей над шлемом гунского сотника. Сотник не понял что случилось, а его охрана подалась вперед все вместе. вот это подготовка, еще миг и меня проткнут сразу десяток копей, не взирая на мою защиту. Но гунн поднял руку вверх и все сразу расступились, а мой конь влетел в образовавшуюся дыру.
— Надо же — удивился сотник — мой бунчук смогли срезать только один раз во время состязаний, ты действительно ловок в этом железе. Да и стрелами в тебя попали всего с десяток раз.
Я охренел, как так с десяток, я думал, что показал тут чудеса джигитовки, а тут аж десять попаданий. Но хриплый голос сотник вывел меня их раздумий.
— Ни одна стрела на смогла пробить твой доспех. Я вначале приказал стрелять по шлему, он у тебя действительно качественный, а потом пару стрел пустили в твою бронь, но не пробили, хорошая бронь — закончил свои хвалебные речи сотник Онегесий.
— Ну что ж пора, хватит отдыхать, тебе нужно подготовится к встрече с царем, поехали.
Мы уезжали дальше вдоль берега великой реки Дунай, а у импровизированного места отдыха осталось перерубленное мною копье с накрученной на рукоять шкурой, и маленький кусочек конского хвоста, что назывался бунчуком и крепился к шлему. А я раздумывал над словами сотника, этот хитрый гунн, меня неплохо проверил, уточнил возможности брони, моей сабли и собственно самого болотного князя. вряд ли этот гунн ранее видел как одним ударом перерубают толстое древко копья.
Римский философ Прииск, часто ездил с посольством к царю варваров Аттиле. Вот и сейчас он воспользовался приглашением своего друга грека Анатолия и прибыл в столицу Атли с большим константинопольским посольством. Эти варвары любили своих коней, не просто любили а почитали их как божество. И вот наступили трехдневные праздники богини коней. В эти три дня варвары развлекались, пили забродивший мед и прекрасные римские вина. Вкушали различные явства. в первый день Атли подверг прилюдной казни десяток перебежчиков, что ранее укрывались в землях восточной римской империи.
Император Феодосий переловил и отдал Атли всех перебежчиков, навеки осквернив свое имя. так как ранее он же сам клялся что все кто оставит подлого пса Этли и перейдет на службу византийской империи, все они станут полноправными гражданами. а вот теперь он кесарь, солнцеликий, предал своих уже солдат и передал их в руки врагу.
Сам Прииск был писателем и философом, он помнит великих императоров, он читал о многих храбрецах, что с оружием в руках шли впереди своих легионов, но то были другие времена и другие императоры, прошло время героев.
Часть
