Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
и клятв. Большинство торговцев, что имели контакт с греками клялись всеми богами, что ни о каких гнусных замыслах и слыхом не слыхивали, а другая часть уверяла, что их призывы идти бить «поганых гуннов» это чисто ради меня, так сказать они призывали не к перевороту, а именно к мести «поганым» за попытку отравления князя.
Однако шестерых крикунов «взяли таки за язык», то есть было доказано многими свидетелями, что призывали они «бить поганых» уже после того как стало известно, что царь Чеслав приказал искать именно греков-отравителей и их подлых наймитов. То есть вина шестерых людишек замеченных в подстрекательстве была доказана, а уже через этих шестерых суд вышел еще на троих. Как вышел, а вы как думаете?
Все по классике, дыба и очень тихо заданный вопрос «кто тебя тать подговорил нашего князя уморить», или «кто еще соучаствовал в преступлении».
При чем пытали их трижды разные судьи и только те, кто трижды подтвердил одни и те же слова на по разному заданные вопросы признан был виновным.
Это меня удивило, так как я думал вот на дыбе человек сознался и все, этого достаточно, но нет, не достаточно. Особенно, если испытуемый показывал на кого-то еще. Ко всем испытуемым применяли трижды пытки, и из девятерых человек только двое под тяжелейшей болью трижды отказались от своего участия в преступлении. И что бы вы думали, старейшины, признали этих двоих не виновными. Не пойму я этого средневековья, то пытали, пытали, а потом старцы возьми да и скажи «сей человек не виновен, повелеваем его с дыбы снять!».
Фигасе, я до этого сидел молча, никаких вопросов испытуемым не задавал, однако теперь как двоих оправдали мне что-то нужно крякнуть.
— Подойдите ко мне мужи — мужей почти поднесли на руках, так как трехдневная пытка это вам не спапроцедуры.
— За вашу преданность и в знак великодушия награждаю каждого из вас золотой гривной — я махнул рукой и мой казначей притащил два здоровенных шейных кольца. Я лично встал и одел эти кольца двум оправданным гражданам на шею. Пусть народ видит каков наш князь справедливый, а что тут такого, суд вели старейшины, и к испытанию подозреваемых приговорили старейшины. Причём из двадцати четырех человек к испытаниям приговорили вначале шестерых, а потом по результатам следствия к испытаниям проговорили еще троих.
А в результате испытания даже двоих оправдали, и опять это сделали старейшины, так что я тут не при чем.
Теперь я должен вынести приговор или имел право (по договору с народом) помиловать осужденных, вот сейчас я и думал, что мне с ними делать. С одной стороны можно казнить, но тогда у заговорщиков будущего не будет стимула сдаваться и каяться, ведь у них будет пример казни предателей. Но ведь с другой стороны если я их помилую, то кто-то скажет: «царь мол наш аки стебель под ветром гнется, тонок и не решителен, даже врагов своих поверженных боится. Так зачем нам такой царь?». Вот и боролись во мне два варианта решения трудного вопроса.
Тут ведь вот что произошло, старейшины суд провели и виновность подозреваемых всем людям доказали, только этот чудо суд теперь на меня возложил решения их дальнейшей судьбы, а сами старикашки как бы и не при делах. Но они молодцы, все таки стариканы провели суд правильно и в этом большую роль сыграл дед Боян, в ходе суда было доказано, что отравителей наняли торговые людишки города Херсонес по приказу кесаря греческого Феодосия 2. А доказать вину воеводы Смоленского Тазгута и лично Радко не удалось, то есть такую задачу я перед Бояном и не ставил, однако дед красавчик, так все обстряпал.
Я думал долго, а потом придумал. Я приказал позвать царевну Сердолик. Почему Сердолик? Да потому, что в ходе дознания было доказано, что отравители хотели убить меня и новую царевну, дочь самого Атли, а Цветана пострадала совершенно случайно.
На самом дознании женщинам присутствовать запрещалось, там были только опоясанные мечами мужи. Однако после дознания при объявлении приговора и при казне женщины и дети могли присутствовать.
— Посмотри царевна на этих людей — я махнул рукой в сторону осужденных — это те, кто по приказу греческого кесаря Феодосия Каллиграфа хотел нас с тобою отравить, и я спрашиваю у тебя какую судьбу им бы определил наш великий царь Атли?
Царевна заслушав перевод посмотрела на осужденных и сказала — смерть собакам, ибо воинам не достойно связывать себя с подлыми ядами, воин может взяв меч в руки бросить вызов самому царю, и если он умрет в поединке, то будет достоин песен. Однако отравитель чести не имеет, он должен умереть как собака.
Во, молодец, и не дай боги мне взбрело бы в голову послушать Цветану как основную пострадавшую. Эта малахольная полухристианка-полубуддистка
