Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
В этом походе мы куда то шли, потом маневрировали, потом строили и копали, а еще три месяца тренировались и все это ради одного боя, в котором я потерял только убитыми треть своей дружины. А еще полный разгром дружины Радко, он потерял больше двух третей, я то видел сколько их проскакало мимо меня.
А к стати, где Радко? Где этот чертов алан Обияр? Они что бросили своего царя? Или может, что то произошло чрезвычайное? А если вот прямо сейчас Орлеан уже штурмуют войска римлян, то получается что Радко и Обияр где то там, а значит, что мне идти к Орлеану нельзя, нужно забирать севернее и обходить этот проклятый городок, который Атли не смог взять за 20 дней.
Я направил три дозора по 5 человек, что бы проверили подступы к полю с западной стороны и уже к полуночи мои дозорные обнаружили и привели отряд Любека.
После короткого совещания было решено не медля готовить волокуши и погрузив на них раненных идти на северо-восток в обход Орлеана. Спать будем днем, а идти будем ночью, если понадобится то поведем коней в поводу. Но оторваться мы должны от преследования не медля.
Три дня мы тащились на северо-запад, а потом на запад, а на четвертый день мы встретили воинов Валамира.
Да ситуация тяжелая. Валамировы люди рассказали, что их отправил царь встретить ромеев и задержать их подход к Орлеану. Они бились с передовыми отрядами врага целые сутки, а потом прискакал посланец от Атли и приказал отходить. Орлеан все таки Атли взял, взял и сжег, а Атли отступил со всеми силами к Труа.
При переходе Сены у Труа он не вошел в город. Епископ Лу предстал перед Аттилой, прося его пощадить не только жителей такого беззащитного города, каким был Труа, не имевший ни ворот, ни стен, но также и сельское население.
— Хорошо, — сказал царь, но ты будешь меня сопровождать до самого Рейна. Святой человек не может не принести счастья мне и моему войску.
Аттила взял епископа своим заложником на всякий случай, как пастыря, уважаемого во всей стране и важного в глазах римлян. За городом Сансом Аттила вышел на место менее опустошенное, нежели окрестности Орлеана, и совершенно открытое, где наша кавалерия, в случае битвы, имела бы преимущества.
Аттила, достигнув открытых полей Мавриака, начал подготовку к новому сражению, а римляне стали у Орлеана дожидаются готтов и их союзников.
Выходит, что Атли проиграл эту войну политически. Как он смог допустить соединения готтов и ромеев, но ведь был такой хороший план? Да, тут как всегда, гладко было на бумаге, но забыли про овраги.
Говорят, что Аэций, ожидавший Теодориха в Юлийских Альпах как узнал об осаде Аврелиана, поспешил к берегам Луары, где соединился с западными франками, бургундами и сарматскими наемными войсками, а вот войск Теодориха все еще нет.
Мы прибыли в лагерь Атли и я пошел к царю, но к царю меня не пустили, он видите ли в печали. Да пошел он на хрен, стратег мля.
Я развернулся и пошел искать свои обозы. Обозы нашлись через два дня. За это время у нас умерли 12 тяжело раненных бойцов и еще пять из нормально обихоженных раненных. Таким образом общее количество погибших и пропавших без вести только в моей дружине достигло цифры 92 человека.
83 были в строю, а еще 105 человек имели серьезные ранения и их можно было с этой войны списать, то есть отправлять с обозом на родину. Были еще те, кто ушел искать корабли Радомира, их должно вернутся 20 человек.
Мы провели санитарную обработку всех раненных, вот тут и понадобился мой боченок спиртовой настойки на травах и целая бригада фельдшеров. В обозе у меня было 10 специально подготовденных врачевателей, которые умели не только стрелы извлекать и шины накладывать, но могли вполне сносно промыть и зашить рану.
Вот тут я и стал просто незаменимым человеком. Как только соседи увидели, что у меня в обозе вполне профессионально проходит оказание медицинской помощи раненным, то люди пошли. Я наказал помогать всем, но не за бесплатно, пусть отдариваются кто чем сможет.
Дружина моя пополнилась обозниками, я раздал брони и коней самым здоровым воякам, и наказал всем остальным быть готовыми стоять в пешей рати с арбалетами и огнеметами.
Вожди союзных отрядов Олов и Кроивко таки не выдержали и полесле взятия стен полезли в Орлеан, пытаясь нажится на разграблении беззащитных жителей. Но жители оказались нихрена не беззащитными и оказали страшное сопротивление. Каждый дом приходилось брать штурмом, на каждой улици были оборудованы завалы и баррикады, а на чердаках сидели стрелки. В результате бесполезного штурма и зачистки Орлеана Олов и Кривко потеряли больше половины своих воинов. И теперь Олов имел всего шесть десятков человек, а Кривка едва полторы сотни.
