Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
Атли, как отца схоронят то начнут сыны судить да рядить кому на стол царский садится — сказал я — и миром они это дело не решат.
— Тут и так понятно. Атли всех сынов своих по разным народам царями посадил, так что теперь только эти народы сынам и подчиняются. И каждый народец будет стараться своего царя на стол Атли посадить. Из-за этого свара большая начнется.
— Не все сыновья имеют поддержку в землях своих — ответил я — вот Ирон думает, что все вильци ему подчиняются и под его руку по одному слову встанут. Однако Воломир уже объявил, что будет гнать Ирона (Эрнака) со своей земли. А Элак так и вовсе мал еще, но он единственный кто в столице живет, однако ему и дядьке его, что воспитателем назначен вся гвардия подчиняется. А ну как кликнут воеводы его царем и наместника ему приставят до совершеннолетия. Не думаю, что остальные братья подчинятся такому решению совета. Скаба слаб, Денгизик только аланов призвать может, но аланы много людей в походе потеряли. Ерп так тот вообще за спиной отца с Константинопольскими купцами делишки темные имел. И за него могут кесари римские вступится. А Еитил так тот вообще в землях Кавказских свой скот пасет и с персами торговлей занимается, ему до братьев своих дела нет.
— Мыслю я, что сейчас Эрнак земли вильцев бросит и поскачет в столицу к малолетнему Элаку, что бы против остальных братьев своих сговорится. Думаю, что совет сейчас Эрнака царем кликнет. Вот тогда и призовет в свое воинство всех мужей земли вильской и Воломира позовет и меня — сказал Святовит — да еще много вождей под его рукой при живом отце было, а вот теперь кто откликнется на зов и не знаю?
— Скажу тебе лишь то, что Ардарих не пойдет на зов — ответил я — а земли его ближе всех к столице находятся. Вот первым под удар разъяренного Эрнака именно Ардарих попадет, а как разобьют гунны гепидов то и за Воломиром явятся, а там уже и до тебя не далеко.
— Ты не как послом от гепидского царя ко мне пришел? — усмехнулся Святовит.
— Нет, я сам по себе — усмехнулся и я — сам Ардарих еще не ведает что же дальше делать. Однако если вы ему послов направите и заверите его в том, что будете с ним плечом к плечу против Эрнака стоять, то гордый гепид неизбежно против наследников Атлив станет. В том и наша выгода будет, пусть воюют друг с другом, а мы лишь часть дружины в помочь Ардариху пришлем.
— А если Ардарих не сдерожит удар воинов гунленда?
— Не придет весь Гунлэнд, сами братья под руку Эрка не пойдут, а тех кто придет никак не больше трех тысяч будет, так что не побьют. У Ардариха людей больше. А еще кесарь Константинопольский имеется, что собрал кучу легионов. Атли хотел по весне на Константинополь идти, а теперь мыслю я что ромеи сами на Дунай придут.
— Тебе то что нужно?
— Хочу, что бы ты помог Воломиру правильное рещение принять. Нужно Ардариха поддержать. Зерном, возможно припасами или людьми к битве охочими. Но сами в войну не встревайте, вам отсидеться нужно. После победы Ардариха против него весь Гунлэнд встанет, а вы как бы не при чем, вы в лесах пока отсидитесь. Пусть гепиды с гуннами друг дружку режут, а мы уж потом честь по чести победителя поддержим.
— Хитер ты царь болотный как лис хитер. Как бы сам себя не перехитрил.
— Не забывай Святовит, что есть у нас союзники сильные и богатые. Ты вон можешь посланцев к кесарю римском у направить, а я пошлю людей к Марциану. Думаю ромейские цари сильно обрадуются, что есть у них союзники против гуннов. Там и торговые привилегии можно с царей римских истребовать и если нужда придет помочь военную.
— Ты никак в федераты ромейские собрался?
— А почему бы и нет, присмотрел я себе землицу в земле греческой что у гор Кавказских лежит. Так пусть мне за то что я против сынов Атли встану кесарь ромейский землей заплатит.
Я посмотрел вокруг и не заметив никакой прослушки наклонился к святовиту.
— И еще у меня к тебе дело имеется. Твои купци как свои в столице Атли. Помоги мне жену свою Сердолик вытащить.
— Что ж ты людей своих не пошлешь?
— Боюсь, что в такой ситуации, когда там битва за стол Атли начнется, то родичи Элака всех в измене подозревать будут. А как увидят моих людей, то и замыслят, что я с кем то из его братьев снюхался. Так Элак не то, что Сердолик не отдаст, а еще и людей моих побьет.
— Так он и мне твою жену не отдаст — усмехнулся Святовит.
— А мы и не будем ничего просить, мы её выкрадем. Я тебе десяток воинов толковых оставлю, пусть с твоими торговцами в столицу идут, а как найдете Сердолик, то передайте, что письмо от муже её привезли. Вот тут её мои воины и выкрадут, да в Полоцк доставят.
— Да, удивляюсь я тебе Чеслав, от куда у тебя вот это все? А ты не ромей часом? Ихние это повадки. Все бы обманом дела свои сотворить, о другом и не
