Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
мыслят.
— В наших болотах люди говорят так: «с волками жить — по волчьи выть». Так, что это не я такой, это мир такой, а я всего на всего под этот мир подстраиваюсь.
— Хорошо оставляй своих воинов, через седьмицу мои торговцы караван в столицу Атли собирались вести, так с ними и пойдут.
На том мы и распрощались с царем Руянским, и я поплыл обратно к своей дружине. Потом мы ждали наших кораблей аж целых три луны. И только когда пришли корабли я узнал о новой беде.
— Прости нас царь, но без тебя мы не можем начать войну — сказал воевода Риги.
— Какую войну, говори, что случилось?
— Подлые варги напали на наших людей, что шли от тебя с похода и побили многих, лишь одно судно прорвалось в Ригу.
— Когда это было?
— Почти год назад.
— Это были наши раненные, что я отправил еще с гальского похода в Ригу — тихо сказал я — но что произошло, кто напал, почему?
— Они плыли в Ригу и возле Колобжа на них вышел флот Миттона, царя поморов-варнов.
— Этот старый маразматик Миттон таки отомстил мне за смерть своего сына Редара. Мерзкий трусливый старикан, напал на раненных. А где был его зятек Видимир, где был этот трусливый сын Воломира?
Я стал ходить по палатке и думать.
Может поэтому Воломир хотел напасть на меня, но тоже испугался. Но почему этот подлый старикан Воломир ничего не сказал мне о том нападении, ведь его сын Видимир знал о том подлом нападении. А может Воломир пропустил меня, что бы я напал и убил Миттлона, таким образом расчищая трон земли варгов-поморов для его сына Видимира, что любит блестящие морские камушки. Ну ладно, я вам суки припомню, я вас твари никогда не забуду. Вот так вот вы суки отвечаете на мою доброту. Один маразматик Миттон решил покарать меч, что срубил голову его сыну. При чем трус Миттон побоялся отомстить лично Атли, а вот меня он назначил крайним в смерти своего сына Редара. Второй старый маразматик ободритский конунг Воломир, решил моими руками своему сынку трон добыть. Ну твари, я вам устрою, кузькину мать, вы у меня долго еще болотного царя вспоминать будете. Людей у меня для внезапного нападения хватит. Пришло десять кораблей и сотня гребцов, да у меня есть две сотни. Итого три сотни воинов. Воинов конечно же меньше. Получается всего сотня полностью бронированных рыцаней, да еще сотня арбалетчиков, и караван судов прише все вооружены новыми самострелами со стальными дугами.
Полтора десятка кораблей медленно шли на север непосредственно вдоль берега моря. Я приказал встать у порта Колобрижа — столицы варгов-поморов и долго ждал, что кто-то выйдет мне на встречу, может решатся напасть, но нет, крысы нападают только на раненного медведя, а я вот он тутточки, совсем здоровый.
— Броным воинам готовится к высадке — заорал я — остальным натянуть тетивы арбалетов, готовится к бою с кораблей.
Через какое — то время мои корабли повернули к берегу и пошли малым ходом вперед. Из-за стен города начали выезжать отдельные всадники, а в порту людишки зашевелились, подозревая что то нехорошее.
Не дождавшись атаки, или переговоров я подал команду захватывать все корабли и лодки, резать всех людей в порту и в окрестностях Колобрежа.
Сотня моих закованных в броню пехотинцев выскочили с чаек на песок и принялась избивать мечами и топорами ни в чём не повинных людей, рыбаков, торговцев, просто зевак, что вышли посмотреть на не известные корабли.
В это время возле стен города уже собралось несколько сотен конных воинов и растянувшись под стенами стали в две линии, но атаковать не решались. Видно ждали когда мы выйдем на открытое пространство мжеду городом и портом. А почему они думают, что я выйду, может вот так пограблю и уплыву себе дальше.
Поймав одного пацаненка, я дал ему в руки отрубленную голову его отца, какого то богато выглядевшего горожанина, и сказал — иди к городу и скажи людям, что я пришел за головой старого Миттона, или умрет ваш царь, или умрут все жители города, иди малец, иди.
Пацан на подгибающих руках побрел к городским стенам, я а окончательно вытащим на берег все свои корабли поставил на борту почти две сотни стрелков, а сам спрыгнул на песок и пошел в строй пеших дружинников, что уже вышли с порта и начали строится в две линии прикрывшись щитами.
Никто уже никого не грабил и не убивал, не было нужды, все, кто случайно оказался на пристани уже были мертвы, а конница поморов все так и стояла у стен города.
Вот конные воины опустили копья и медленно поехали в нашу сторону, а я повернулся к стрелкам и скомандовал — бееей.
С чаек через наши головы полетели каленные болты арбалетов, и уже упали первые всадники. Кони летели на песок, а мы все стояли. Каких то триста шагов разделяло
