Книга про попаданство нашего современника в 5 век и попытку выжать из ситуации все, что возможно. …Я опустил глаза и удивился. По всему выходило, что я сижу на земле в достаточно темном лесу прислонившись спиной к могучему дубу, а в руках у меня нож мясника. Я поднял глаза и увидел, что кроны деревьев уходят очень далеко вверх. Вот это лес, и где я, что за хрень у меня в руках, а где моя сабля и почему так плохо видно. Такое впечатление, что не работает один глаз. Так и есть, выбросив нож я попытался нащупать левый глаз, но наткнулся рукой на странный горшок на голове.
Авторы: Александр Высоченко
и дружбу с кочевыми аланами.
— Ну спасибо тебе дед, что сказал, ты иди давай к городу своему. Как придут вороги не нужно родовичей за стенами держать.
— Ты воевода службу сторожевую в степи по левому берегу реки постоянно веди — сказал я возгару — а как увидите ворога то отправляй всех родовичей в лес на полночь, а сам уже поступай как хочешь. Хочешь умри на стенах, а лучше всего идите со всеми людьми в мои земли на полночь. Приму всех и место под город дам, только приходите. Рано еще к ассам за стол садится, рано.
Дошли мы до Сема или до Сейма, вообщем посмотрел я на ту реку, всю в тумане, постояли, и дальше я не пошел. нет у меня пока, что разведданных о силе тех непонятных чужеземцах, что волоки в Сиверский Донец держат, а с учетом того, что у тех людишек дружба с аланскими ханами водится, то и вовсе мне не улыбается сейчас войну со степью начинать.
Я сразу понял, что там за Танаид, да танаис. Это греческие названия рек Сиверский донец и Дон, а вели эти водные пути в Азовское море, что греки называют почему то озером. Может тысячу лет тому назад не было Керченского пролива, вот и назвли греки Меотийским озером будущее Азовское море.
Мы повернули влево и пошли вверх по Десне.
Поход был не кровавым, а так почти представительским. Я показывал всем людям, что жили по Десне мощь своей дружины. Представьте, вы стоите на чахлом деревянно земляном вале, а мимо вас проходит кованная рать в тысячу рыл, все в одинаковых блестящих доспехах, с огромными пиками и красными каплевидными щитами. А из этой толпы выделяются почти три сотник кованной рати. Тут по круче парада на Красной площади, люди впечетлялись, стояли с открытыми ртами, вороны могли гнезда в открытых ртах свить.
В больших селениях, численностью от сотни до трех сотен человек я оставлял своего десяткинка с людьми. И всем наказывал, что это представители царской власти. И они обязанны подготовить и иметь под рукой сотню воинских людишек городской стражи, а селение должно отчислять пятую часть всех сборов в городской налог на строительство укреплений и содержание городской тсражи.
мне никто и не думал возражать. Так как городки эти были почти вовсе без мужчин. Оказалось, что Радко дважды проводил мобилизацию В ервый поход он собрал почти тысячу межуй и привел с того похода меньше половины. А потом и остальных выгреб. Куда ушли местные не знают, но я знаю. Радко гдето с Обияром воинов собирают, а пока они там в степях сговариваются я тут его родовичей трясу.
Теперь в кажлм селении у меня есть свои люди в качестве сотников или десятников, и если даже придёт Кугум или Радко, люди вспоминая мою рать и скажут: «ну вас на фиг голодранцы, там на севере живет настоящий царь, а вы валите на хрен, пока Чеслав не пришел, идите лучше и царю поклоны бейте». А мои воеводы, сотники и десятники помогут приянть правильное решение.
В каждом селении я принимал очередную клятву, собирал заложников из числа детей, ставил свой гарнизон, и шел дальше, когда дошли почти до истоков Десны, где ранее стоял торговый пост, то обнаружили, что там только заброшенный поселок. Ограждение есть, дома в городке есть, а людей нет. Тут по ходу раньше дружинники Радко сидели, а теперь бросили все и ушли. Я оставил в этом остроге аж пять десятков человек с полусотником. Пусть сидит, тут важный торговый путь проходит, что ведет сразу почти от истоков Десны к смоленску, что на Днепре. Тут через лес всего то три дня пути пешем ходом и ты уже в смоленске. Очень интересное стратегическое направление, позволяющее перебрасывть войска сразу в Десну. А тут в долинах рек как ни как почти 10 000 человек проживает.
Мы не стали спускаться обратно вниз по реке, а перешли по лесному тракту до Днепра и вышли к Смоленску. с учетом всех посаженных мною гарнизонов я лишился почти трехх сотен человек, и теперь вел в смоленск 700 воинов.
Вот у Смоленска я опять встретил иноземных купцов, что сидели на заднице и боялись возвращаться домой. Купцы сказали, что Обияр — сын Кугума все таки пошел в поход и сейчас где то у будущего Киева на холмах стоит, и думает наверное подловить меня как я начну возвращаться по Десне домой с награбленным имуществом. И ждет он, что я пойду вниз по Десне, а холмах легко устроить засаду, особенно если я надумаю сразу на правый берег днепра переправится, ну-ну, пусть подождет.
Посыльные тут же понеслись в Полоцк с вестью о сборе нового обоза для дружины. Поход был долгим и мы сожрали все припасы, а ещще я оставил кучу припасов своим гарнизонным войскам.
Медленно мы стали спускаться к Орше, по дороге задерживая всех купцов, что бы заранее не известили врага о нашем движении. Мне бы только узнать на каком берегу стоит Обияр, что бы заранее переправится. То, что Радко с ним, тут уже
