…увлекательнейшее продолжение «КГБ в смокинге» Валентины Мальцевой, книги, ставшей в нашей стране бестселлером. Читатель вновь встретится с неизменной главной героиней — профессиональной журналисткой, завербованной КГБ, с интересом узнает множество ошеломляющих — хотя и вымышленных автором — подробностей о событиях недавнего прошлого.
Авторы: Мальцева Валентина Йосеф Шага́л
— Но для своей семьи я, увы, совсем немолодой человек, — не отвечая на вопрос, улыбнулся Уолш. — На столько немолодой, что проделывать подобные путешествия мне уже, видимо, не стоит.
— Я это знаю, — кивнул Гордон. — Поверь, Генри, если бы врачи не запретили мне подниматься над землей выше пятнадцати сантиметров, я бы с удовольствием слетал бы в Штаты. Ты же знаешь, как я люблю твою страну, сынок.
— Будем считать, что мы обменялись любезностями. Я слушаю тебя, Соломон.
— Второе лицо в ЦРУ, собственной персоной… — пробормотал Гордон и развел руками. — Такая честь!
— Первое лицо в Моссаде, — улыбнулся Уолш. — Честь еще большая!
— Хочешь кофе, Генри? Настоящий арабский кофе с кардамоном? — Гордон прищелкнул пальцами. — Наши обаятельные соседи в куфиях утверждают, что именно благодаря этому рецепту приготовления кофе они способны делать по двенадцать — пятнадцать детей одной женщине. Представляешь себе?
— Сейчас в Штатах четыре часа утра, — взглянув на часы, негромко произнес Уолш. — В 16.00 у меня очень важное совещание, на котором я обязан присутствовать. Не трать время на протокол, Соломон, переходи к делу! Ты же видишь: мне достаточно было твоей просьбы, чтобы оказаться здесь, на краю света. Я ведь понимаю: просто так ты бы не позвонил…
— Верно, — кивнул Гордон. — Итак, с чего же мне начать?..
— С того, что ты завербовал Мишина, а тот, в свою очередь, информирует твоих людей о ходе нашей операции, — улыбнувшись, подсказал Уолш. — Однако тебе этого показалось мало, и ты, Соломон, решил, что обладаешь достаточной информацией, чтобы считать себя в каком-то смысле компаньоном нашей фирмы именно в этом деле. И теперь тебе явно что-то нужно, для чего, собственно, ты и решил встретиться со мной…
— Я тебя люблю, Генри, — тихо сказал Гордон, утомленно прикрыв глаза. — Люблю как старшего сына. И, прежде всего, за твою светлую еврейскую голову.
— Объясни, Соломон, как у выходца из итало-ирландской семьи может быть еврейская голова? — скептически хмыкнув, спросил Уолш.
— Когда часто общаешься с евреями, это совершенно нормальное явление.
— Наверное, ты прав…
— Ты достаточно точно сформулировал мой первый вопрос, — Гордон открыл глаза и сфокусировал тяжелый взгляд где-то на середине высокого лба американца. —
Так, может быть, ответишь на его предпоследнюю часть?
— Напомни мне, о чем там шла речь?
— Ну, речь шла о том, могу ли я в каком-то смысле считать себя вашим компаньоном в этом конкретном деле?
— Ты не очень на меня обидишься, старик, если я скажу, что не можешь? — спросил Уолш, вытаскивая сигару.
— Очень! — Гордон скорбно покачал головой. — Я очень на тебя обижусь, сынок. Так сильно, что не шепну тебе на ушко одну важную вещь, без которой вся ваша операция не стоит ломанной лиры.
— Что ты вообще знаешь об этой операции, Соломон? — Уолш пожал плечами и щелкнул зажигалкой. — Мы знакомы с тобой много лет, старик. Ты ведь не настолько наивен, чтобы предполагать, что мы не рассматривали вариант с перевербовкой Мишина. Все рассматривали. Твой Мишин знает ровно столько, сколько должен знать. Ни больше, ни меньше!
— Но я ведь не Мишин, сынок, — по-отечески мягко уточнил шеф Моссада. — И меня, собственно, потому и не выталкивают на пенсию, что я стремлюсь знать больше, чем того бы хотели другие. Даже такие верные и бескорыстные друзья Израиля, как ты, дорогой Генри! Так ты хочешь, чтобы я тебе шепнул кое-что на ушко, или так и уедешь, даже не попробовав гифелте фиш, которую специально к твоему приезду приготовила одна старая еврейка из Вильно?
— Но ты ведь не просто так собираешься со мной секретничать?
— Просто так даже птицы в шабат не летают, Генри.
— Что ты хочешь взамен?
— Давай я вначале продемонстрирую тебе, что итало- ирландское благородство ничто в сравнении с еврейским, — улыбнулся Гордон. — А потом уже решишь, чем со мной расплатиться.
— То есть ты хочешь все-таки рассказать мне КОЕ- ЧТО просто так? — хмыкнул Уолш и выпустил к идеально белому потолку виллы огромное сизое облако сигарного дыма.
— Представь себе, сынок! Сегодня, в честь твоего приезда, у меня странное настроение.
— Я внимательно слушаю тебя, Соломон.
— Я не буду спрашивать тебя, зачем вам понадобился Цвигун, — негромко начал Гордон, искоса поглядывая на американца. — В конце концов, Америка — ведущая мировая держава и имеет право на свои маленькие секреты…
— Еврейское благородство действительно не знает границ, — пробормотал Уолш, стряхивая пепел на пол.
— Я также не буду спрашивать тебя, — продолжал Гордон, — является ли операция с участием Мишина отвлекающим
