…увлекательнейшее продолжение «КГБ в смокинге» Валентины Мальцевой, книги, ставшей в нашей стране бестселлером. Читатель вновь встретится с неизменной главной героиней — профессиональной журналисткой, завербованной КГБ, с интересом узнает множество ошеломляющих — хотя и вымышленных автором — подробностей о событиях недавнего прошлого.
Авторы: Мальцева Валентина Йосеф Шага́л
меня сразу же бросило в жар. Задрав для большей свободы маневра осточертевшие полы ночной рубашки, я мигом рванула к холодильнику, схватила лежавший наверху столовый нож с эмблемой отеля «Мэриотт», с помощью которого быстренько рассоединила телефонный кабель. Затем, лихорадочно орудуя тупым ножом, я освободила два медных провода от плотной изоляционной кожуры, зачистила оба конца и, как тореадор, подступающий к разъяренному быку с бандерильями наперевес, подошла с растопыренными медными проводами к гнезду в стене.
Я согласна: нет на свете более унизительного и жалкого зрелища, чем женщина, орудующая в собственном доме отверткой, плоскогубцами или молотком. И, поскольку ни одно здравомыслящее существо женского пола нельзя заподозрить в природной тяге к устранению поломок в бытовой электротехнике, вывод напрашивается однозначный: должен же хоть кто-то этим заниматься, если дома нет мужика. На сей счет у моей непотопляемой подруги существовал даже ужасный эпикриз: «Пусть теперь сидит, дура, и примус починяет!» Но в тот момент я, наверное, впервые в жизни, была бесконечно рада, что могу самостоятельно, без посторонней помощи, разобраться в нехитрой схеме подключения телефона, выведенного из строя не только варварски, но и, по счастью, примитивно…
Аккуратно вдев медные проводки в клеммы, я подперла хлипкую конструкцию высокой вазой для цветов, убедилась, что проводки надежно закреплены в розетке, после чего дрожащей рукой вновь поднесла к уху телефонную трубку. Примитивный зуммер прозвучал для меня как «Встречный марш», который много лет подряд исполняется во время военных парадов на Красной площади.
Не кладя трубку, я выдвинула ящик трюмо, быстро нашла папку со служебными номерами отеля и, даже толком не задумываясь, что, собственно, буду говорить, набрала четыре цифры, против которых было написано: «Служба сервиса».
— Я-а-а! — прогудело в трубке после двух длинных гудков. Одного восклицания было явно недостаточно, чтобы определить язык, на котором его произнесли. Озираясь на дверь, я быстро спросила:
— Простите, я могу говорить с вами по-французски?
— Я-а-а!
— Значит, могу?
— Я-а-а!
— Я хочу заказать срочный телефонный разговор с Москвой. Это реально?
— Я-а-а!
— Может быть, скажите еще что-нибудь? — наливаясь злобой, спросила я. — А то у меня такое впечатление, что я разговариваю с автоответчиком…
— Я-а-а! — невозмутимо откликнулся мужской голос, после чего сменил пластинку и на чистом французском спросил: — А из какого номера вы звоните, мадам?
Я прикусила язык. Стервозная Белинда, по вполне понятным причинам, просто забыла сообщить мне массу полезной информации. В том числе, в каком именно номере меня оставили для выполнения роли в спектакле ГРУ «Машенька и медведь».
— Видите ли… — выигрывая время, обреченно протянула я и тут же про себя матюгнулась: номера комнаты и телефона были каллиграфическим почерком выведены на панели телефонного аппарата.
— Я звоню из номера 1619,— в этот ответ я постаралась вложить максимум непринужденности. Этакая зажиточная французская или бельгийская обывательница, которой больше не хрена делать, как заказывать с утра пораньше срочный разговор с Москвой.
Однако я не учла иезуитское любопытство человека- автоответчика.
— Ваша фамилия, мадам?
— Девичья?
Конечно, встречный вопрос был идиотским без всяких «но». Однако признавать вот так, сразу, собственное поражение не хотелось.
— Фамилия, под которой вы зарегистрировались в отеле? — этот робот вел допрос настолько профессионально, что у меня на какую-то долю секунды даже закралось подозрение: а не работает ли и он на ГРУ?
— А я вообще не регистрировалась… — Это был риск, но выхода не оставалось. — Регистрировался мой… ДРУГ.
— Фамилия вашего друга?
— Послушайте, сударь, вы вгоняете меня в краску… — Сообразив, что дальнейшее отсиживание в глухой обороне приведет меня к полному краху, я решила атаковать. — Не думаю, что допросы клиентов отеля входят в ваши профессиональные обязанности…
— Я только спросил, как фамилия вашего друга, — спокойно ответил одушевленный автоответчик. — И только потому, что хочу убедиться, что он является постояльцем нашего отеля и, соответственно, имеет право заказывать из своего номера международные разговоры. Простите, если я чем-то обидел вас, мадам!
— Видите ли, — промямлила я, — я действительно не знаю, под каким именем он у вас зарегистрировался. Постарайтесь понять, сударь… Ситуация достаточно щепетильная и я даже не знаю, вправе ли я рассчитывать на вашу скромность, сударь…
— Конечно,
