…увлекательнейшее продолжение «КГБ в смокинге» Валентины Мальцевой, книги, ставшей в нашей стране бестселлером. Читатель вновь встретится с неизменной главной героиней — профессиональной журналисткой, завербованной КГБ, с интересом узнает множество ошеломляющих — хотя и вымышленных автором — подробностей о событиях недавнего прошлого.
Авторы: Мальцева Валентина Йосеф Шага́л
по возрасту и опыту зарубежным резидентом ГРУ.
Этот сухонький старичок, жевавший бесцветные губы перед каждой новой фразой, представлял собой классический, а потому сильно устаревший тип внедренного стратегического агента: Долгопольский всего несколько раз в жизни, в бесконечно далекой, а потому казавшейся нереальной, молодости, держал в руках пистолет, никогда не участвовал в силовых акциях, ни разу не отсиживался в засаде, не выкрадывал из сейфов микропленки и секретные документы… Он вел образ жизни добропорядочного рантье, пенсионера со скромным достатком, имея такую «железную» легенду, что порой ему даже казалось, что результатом буйной фантазии «акынов» из ГРУ является вовсе не его тридцатипятилетняя агентурная работа «за бугром», а советское гражданство, членство в КПСС с 1934 года, звание генерал-майора и Героя Советского Союза, которого Долгопольский был удостоен еще в далеком сорок четвертом, работая вольнонаемным телеграфистом в канцелярии гитлеровского наместника в Норвегии Квислинга и снабжая Центр уникальной стратегической информацией… Одним словом, если и существовало на нашей земле пара сотен людей, которые имели полное право сказать о себе, что они зарабатывают на жизнь исключительно работой головного мозга, то одним из них, вне всякого сомнения, был Святослав Парфенович Долгопольский, резидент Главного разведывательного управления Генерального штаба Советской Армии в странах Бенилюкс — потомственный пролетарий, раз и навсегда избравший орудием своего промысла карающий и разящий меч первого в истории человечества социалистического государства, энциклопедист с четырьмя основными европейскими языками, большая умница и изощренный интриган с потрясающей памятью на лица, документы и события, переживший шестерых шефов советской военной разведки и, казалось, забывший, что «перегулял» свой производственный стаж на целых пять лет. И это в военной разведке, где год традиционно приравнивается к шести!
Отношение к Святославу Долгопольскому в Центре можно было сравнить с экзальтированной дрожью истинных ценителей прекрасного над бесценным раритетом, существованию которого может повредить даже микроскопический перепад температуры. А потому Долгопольского старались трогать как можно реже, обращаясь к нему только в самых затруднительных ситуациях. Большая часть оперативно-тактической работы в этом регионе — и, следовательно, максимальный риск — была переложена на плечи заместителя Долгопольского, молодого, толкового и очень энергичного подполковника Алексея Кузьмича Серегина. Резидента ГРУ в Бельгии, Голландии и Люксембурге такой подход Центра устраивал полностью. Все награды и почести, которых люди его профессии удостаиваются, как правило, посмертно, Долгопольскому посчастливилось получить еще при жизни.
Долгопольский представлял собой тип совершенно уникальный еще и потому, что его миновала участь нескольких десятков агентов советской военной разведки, которые в период с тридцать седьмого по пятидесятые годы по разным причинам были отозваны «из-за бугра» и по стандартному обвинению в сотрудничестве с иностранными разведслужбами были либо расстреляны, либо навсегда сгинули в сибирских лагерях так и не поняв толком, в чем, собственно, они провинились перед Родиной, которой служили верой и правдой. И только несколько человек в высшем руководстве ГРУ, имевшие доступ к досье своих зарубежных агентов, знали, что Святослав Долгопольский был приговорен к расстрелу, но даже не узнал об этом, благодаря совершенно непредсказуемому благорасположению фортуны.
В 1940 году Долгопольский, работавший в Норвегии, получил шифрованное сообщение о том, что ему надлежит в кратчайшие сроки прибыть в Центр для получения новых инструкций. При подготовке любого агента внедрения, неизменно разрабатывается несколько вариантов его экстренного возвращения на базу. Это всегда очень сложные, хитроумные перемещения по городам и весям, с неизбежной сменой документов и внешности, основная цель которых — сбить с толку гипотетических преследователей и сохранить тем самым возможность вернуться в страну постоянной работы после получения в Центре нового задания. Характерно, что даже у себя на родине советские агенты практически никогда не появлялись на Лубянке или в Генеральном штабе, а продолжали оставаться подданными какого-нибудь иностранного государства, имея при себе соответствующие документы, и встречались с высокими чинами советской внешней разведки, от которых получали новое задание на конспиративных квартирах.
Долгопольский, естественно, даже в самом страшном сне не мог предположить, что срочный вызов в Москву — это последний
