== — Кирюш, ты хоть представляешь, что мы сделали? Ты хоть на мгновение можешь себе представить? Это же клан Таргар! Мы с тобой только что, обставили воинов самого клана Таргар! == Я молча покивала головой, когда движение в кустах аккурат позади мамочки, к этим самым кустам стоящей спиной, привлекло мое внимание.
Авторы: Звездная Елена
настигали! Без снаряжения, без страховочных ремней и тросов, без нормальной обуви — но при этом они двигались быстрее, резче и увереннее чем мы! Но самое неприятное — тот беловолосый воин, что мчался впереди всех, именно он тогда захватил летательную платформу. И именно он сейчас, мчался по склону все ускоряясь… прыжок! И воин перескочил пропасть, метров в тридцать шириной! Перескочил легко, уверенно, как-то походя, и даже не обратив на пропасть внимания. И теперь его от нас отделяло всего шагов сорок… наших.
Но воин не стал настигать. Он остановился, выпрямился во весь свой могучий рост, откинул со лба белые пряди неровных волос и вперил свой взгляд в мамочку. Зато остальные в этот момент ускорялись, явно планируя повторить маневр вождя.
И вот тогда мама взбесилась:
— Все, мужик, ты труп! — прошипела Киара МакЭдл, сжимая руки в кулаки.
И все бы ничего, но тут порыв ветра ударил со спины. Нет мы-то удержались, но охотник… Выражение его лица, поза, осанка — все изменилось в одно мгновение! У меня было такое ощущение, что перед нами оборотень из детских страшилок, потому что воин повел себя совершенно как зверь, подавшись вперед и втягивая в себя воздух!
— Быть не может! — прошипела мама. — Этого просто не может быть! ‘Шейв’ сбивает со следа даже служебных собак!
Может собак и сбивает… А воин выпрямился, вновь становясь высоченным, огроменным и могучим, и крикнул:
— Тайарэ!
Раньше я бы не поняла, теперь четко знала, что он сказал — ‘Женщины!’.
Правда после его заявления, парочка воинов совалась в пропасть, но тут же из нее выбрались, совершая свои нечеловеческие прыжки… Допрыгались… мы.
— Малыш, действовать будем жестко! — сказала мама и я поняла — кипец… но не нам!
Мы одновременно рванули вниз по склону, и в тот же миг мама швырнула баллон с газом в сторону воинов. Белое облако взорвалось на снегу, поджигая то, что определенно не могло сгореть… А следом прогремел взрыв! Взрывная волна ударила в спины, но мы удержались, и под прикрытием уже набирающей скорость снежной лавины, скрылись в пещере.
Что там творилось снаружи, я не знаю — мы мчались по пещере, мама впереди, я, пытаясь ее догнать. Пещера постоянно сужалась, что не добавляло оптимизма, но мама уверенно шла вперед, а я ей всегда доверяла.
— Кирюш, глаза!
Удар по стене и скала осыпается, открывая проход. Только когда солнечный свет проник в пещеру, я поняла, почему маме удалось сломать стенку — она и так едва держалась на полусгнивших деревянных подпорках.
— Наш тайник, — сказала мама, — эта пещера прошивает гору практически насквозь.
— А про этот тайник кто-то еще знал?
— Могли, — мама осторожно вышла на свет, — но даже при их скорости передвижения, у нас должна быть фора. Кир, поторопись.
И мы опять побежали. Сейчас бежать приходилось между елями, которые покрывали склоны гор, но наличествовали так же и валуны, которые существенно замедляли скорость.
— Скорее! — мама явно нервничала.
— Мам, а ты так уверена, что они выжили? — на бегу спросила я.
— Я не ‘уверена’, Кирюсь, я это просто знаю, — мрачно ответила Пантера, стремительно меняя направление бега.
Через час ветки уже хлестали по лицу, а уворачивалась я с трудом, но бежала, все равно бежала, концентрируясь на маме. Она тоже устала, но при этом не сбавляла скорости и не снижала темпа передвижения. Если бы путь наш протекал по прямой и на ровной местности, сохранять темп я могла бы еще часа четыре, но здесь… Проблема еще и в том, что одеты мы были достаточно тепло, а воздух вокруг накалялся. На Иристане лето, здесь было еще жарче, чем в хассарате Айгора
— Кира, держись, — мама притормозила, дожидаясь меня, — еще немного. Прислушайся, впереди ручей, мы пробежим по его руслу, оттуда со скалы всего метров сорок до озера.
— Бегом? — не поняла я.
— Свободного полета, — мама улыбнулась. — Давай, Пантеренок, соберись. Кто у меня выдерживал марш-броски? Кто всегда приходил первым?
— Я, мам.
— Докажи! — и она вновь впереди.
Ручей действительно был впереди… метров через семьсот. И назвать наше передвижение по его руслу просто ‘бегом’ было бы слишком… мелко, что ли. Ручеек оказался ледяным, мне по пояс, с порогами и водопадами метра по три высотой. Но приходилось преодолевать все препятствия стоически, потому как я понимала — это наш шанс избежать охотников, по поводу которых мама теперь испытывала едва ли не благоговейный трепет. Но оценить и зауважать совсем не значит сдаться и покориться.
Кстати, а ручей вдруг
