Георгий Птицын — он же Гоша, он же Трубач — музыкант, «лабух», который волей судеб прижился в Зона-индустрии. Комбат с Тополем взяли знатный хабар и теперь гуляют на всю катушку? Зовите Трубача, только не забудьте заплатить ему как следует! Аспирант в лагере ученых на Янтаре празднует защиту диссертации?
Авторы: Челяев Сергей, Зорич Александр Владимирович
На две группы! — со всех сторон раздались отчаянные выкрики, и множественные тёмные силуэты побежали куда-то.
— О! Новенький. — Над Котоминым возник ещё один «страж». Знакомый голос… Да это же собственной персоной офицер, с которым Ник общался в сарае!
— Синя, этого не убивай, — командир южной башни обратился к кому-то ещё, — он смышлёный парень, после обработки из него выйдет толк.
— На месте разберёмся, — в поле зрения репортёра возник ещё один силуэт, — сейчас не до него!
Страж замахнулся своей винтовкой…
«Бедная голова, что ж ей так не везёт!» — только и успел возмутиться Ник, прежде чем приклад врезался в лоб и отобрал у сознания дальнейшую возможность мыслить.
В себя Ник вернулся, уже валяясь в каком-то помещении. Избитая голова шла кругом в буквальном смысле. Оружие и рюкзак отсутствовали. Хорошо хоть не раздели догола, рекордеры при нём… Журналист, пошатываясь, с трудом встал на ноги и осмотрелся. Это было не так-то просто, в царящем сумраке пришлось сильно напрягать зрение.
Сырые бетонные стены, пол и потолок. На полу валяются грязные матрацы и тонны мусора. Все двери-окна замурованы, кроме одного проёма. Вход-выход перекрыт ржавой металлической дверью с зарешеченным окошечком. Свет, благодаря которому хоть что-то можно рассмотреть, проникает через него.
Точно, приплыл.
Карательная экспедиция вольных сталкеров превратилась в настоящую бойню, даже не достигнув лагеря противника. Отряд банально попал в засаду. Ураганным перекрестным огнём за несколько секунд выкосило почти всех.
Мухтар погиб одним из первых, простреленный насквозь во многих местах. Пули зацепили шлем Ника, крепления лопнули почему-то, и голова лишилась защиты, но «опростоволосившийся» репортёр всё же успел нырнуть в кусты под тополями. Он отполз и зарылся в спасительное месиво грязи и прошлогодних листьев. Что творилось дальше, не видел, только слышал оголтелую стрельбу, а когда она стихла, Ник решился подняться из грязи, чтобы побыстрее убраться с поля несостоявшегося боя. Но возникший словно из ниоткуда вражеский боец отправил его в нокаут.
Да уж, Ник ожидал большего от этого репортажа с места военных действий. Битва закончилась, не успев даже начаться. Не поспоришь, конечно, эффективно действуют «апокалиптики». Вольные, полностью уверенные в своём преимуществе, посмеивались над ними всю дорогу. А зря…
Возможно, кто-то из отряда сумел бегством спастись и даже прощальным выстрелом снёс башку «стражу», который чуть было не раздерибанил в клочья Ника. Может быть, спасшийся приведёт целую толпу мстителей, и вольные сталкеры всё-таки одолеют «прозревших».
Но дождётся ли пленник освобождения?
Опытный стрингер Николай Котомин давным-давно не понаслышке знал, что жизнь в натуре сильно отличается от кинематографа. Это на экране противники могут в упор опустошить все магазины и, успешно промазав, броситься с ножами наперевес в рукопашную, затягивая действие минут на пятнадцать. В реальности всё гораздо безжалостнее и быстротечнее.
Видимо, это и есть расплата за то, что он доверился Мухтару, подозрительно доброму к нему? За что же тогда расплатился Бурят? Неужели за доброту свою?…
Ник подковылял к двери и постучал кулаком по железу.
— А-а! Очнулся, новенький, — знакомый голос прозвучал за дверью, и в окошко наплыла знакомая физиономия.
— Здрасьте! Вот, решил присоединиться, а тут слышу, сталкеры к вам идти собрались. Я же не знал, что они нападать идут! Думал, в армию влиться хотят, — без запинки и без зазрения совести толканул речь Ник.
— Ну да, я так и понял, — ухмыльнулся «страж». — Молодец, что пришёл. О твоём существовании уже известно Верховному. Он тобой заинтересовался. Нечасто в Зоне появляются воистину неравнодушные люди, тем более такие, что слышат Зов.
Дверь заскрежетала, распахнулась, и сумрак осветился. Котомин выбрался наружу, в широкий коридор. Глаза жмурились от яркого света ламп, лицо сморщилось. Лоб кольнула резкая боль. Ник пощупал его и обнаружил фармапластырь, который ему кто-то заботливо налепил на часть головы, неоднократно пострадавшую от ударов.
— Главное, жив остался. — Башенный командир похлопал Котомина по плечу. — Вовремя я тебя опознал… Оружие тебе вернут после обряда инициации. Идём.
Офицер армии «апокалиптиков» вывел репортёра наружу. Ник затруднился определить, для чего изначально предназначалось двухэтажное здание, в котором его держали. Но сохранилось оно прекрасно, видимо, для строительства использовался качественный бетон.
Выйдя из строения, они куда-то отправились прямо через широкомасштабно развёрнутый
