Клан Аскан. Дилогия

собирается его убить. Это было довольно сложно, так как приходилось воздействовать на все чувства разом, что у меня не всегда получалось, и в такие моменты гуль начинал сомневаться. Также я заметил довольно интересную вещь, когда мой разум находится в гули то он практически нечего не боится. Мне даже удалось заставить его со всей силы садануть своей головой об стену. Было довольно забавно наблюдать за эффектом от удара об стену. Я настолько увлекся, что совсем забыл о том, что я хотел. Эйфория от контроля над смертным захватила меня, и я теперь как маленький ребёнок отрывал одно крыло бабочке за другим. Когда солнце село моя игрушка была окончательно сломана, попытка заменить воспоминания о прошедшем дне потерпело полное фиаско, и его разум разрушился. Само разрушение было довольно интересно. Весь разум это как зеркало и когда оно разрушается всё путается и большинство воспоминаний смешиваются и отображаются в разных осколках и разобраться какая за что отвечает практически нереально. После побуждения я ощутил какую-то пустоту, похоже игры с разумом моей марионетки забрали всю силу которую мы создавали с Оттаром. Я вылез из своего гроба и посмотрел на поломанную игрушку. Жалкое зрелище весь в крови с безумными глазами и он не переставал что-то бурчать, иногда посмеиваясь или вовсе закатываясь. Желания покидать мой небольшой собственноручно созданный ад я пока не собирался. Вчерашняя ночь продвинула меня в восстановлении куда дальше, чем кровь мага и дни проведённые внутри себя. Перекусив я стал дожидаться своего наставника по искусству пыток. Я возвёл их в ранг искусств не просто так, подобная работа пусть и была необычайно кровавой и жестокой, но это было искусство не больше и не меньше. По крайней мере подобные мысли удерживали меня от другой, где я просто свихнувшийся псих, не выдержавший давления обстоятельств и теперь просто тупо вымещающий всё свою обиду на окружающих. Устроившись поудобней я погрузился в себя. Аура и душа были почти в порядке, если продолжу в том же духе, то через пару ночей всё восстановится. Внутренний источник продолжал развиваться и восстанавливаться. В месте ожога я заметил огромное количество странных раскалённых игл они были небольшие, похоже именно из-за них я так сильно мучаюсь. Тело с ними боролось, но слишком медленно к несчастью помочь я не чем не мог. Перед погружением в свой внутренний мир я немного помедлил ведь мои прошло ночные действия серьёзно на него повлияют. Собравшись с силами, я оказался во внутреннем мире. Открыв глаза, я огляделся. Некогда цветущий сад был мёртв, с небес лил кровавый дождь. Прекрасные цветы что росли здесь стали ужасающей пародией на самих себя трава исчезла, обнажив чёрную словно уголь почву. И подняв свой взор вверх, я увидел, что в моём мире идёт затмение солнца, светило оказалось закрыто тьмой моих дел. Среди измученных деревьев сновали злые и голодные тени впрочем, мне вреда они не причинят. Большинство из них продолжали ластиться и демонстрировать радость от моего появления. Оказавшись на вершине горы, я осмотрел океан, что сейчас был подобен крови и огромные скалы, что сейчас поднимаются из него. Присмотревшись, я заметил мёртвых рыб, и ветер донёс запах гниющий плоти. Весь этот вид был невероятно удручающ и депрессивен. Я улыбнулся и посмотрел вниз. Наблюдая как моя ярость и воля пробуют на прочность цепи, было интересно и увлекательно. Окинув взором свой погрязший в крови и тьме мир, я вышел из медитации. Когда я открыл свой глаз, первое что я увидел это бьющегося в агонии человека и безумно гогочущего Оттара. Закинув на дыбу смертного и разложив перед ним набор инструментов, я преступил к практики. Для моих экспериментов нужна сила очень много силы, но восстановление и развитие забирает большую их часть, и если я не создам дополнительный источник, то могу умереть со скуки. Я попробовал прочесть, что было написано на клочке бумаги, что валялось в пыточной, но не смог. Когда мне это не удалось я сосредоточился на искусстве пыток и здесь меня ждали успехи. Оттар был прекрасным и увлечённым учителем, а наши беседы приводили в настоящий ужас, как заключенных, так и пытаемых. По большей части меня интересовали знания по быстрому допросу когда нет ни нужных инструментов, ни времени. Когда очередной из смертных умер на моём столе из-за моей неуклюжести я пошел за следующим. К счастью после захвата смертных у нас было в достатке, большинство из них Лючия хотела поднять с помощью некромантии, поэтому они были ценнее мертвыми, нежели живыми. Зайдя в последнюю камеру, я прижал единственного смертного к стене и попытался взять над ним контроль. После двадцатиминутных попыток я решил подождать, когда мой второй глаз восстановится. Похоже нужен контакт глаза в глаза как при гипнозе но сделать