Лечь спать в собственной квартире, а проснуться в лесу — что ж, бывает и так. Главный герой, Джок, очутился в самом фантастическом мире — Пограничье — и при помощи амулетов, недюжинной силы и русской смекалки стал там вождем и бароном, завоевав настоящую крепость, и казалось, приключения закончились. Но судьба распорядилась иначе. Над миром стала сгущаться Тьма. И теперь Джок направляется в Академию магии, чтобы спасти мир.
Авторы: Руб Андрей Викторович
гоблину и троллю, я пересказал анекдот. Раздался гомерический хохот. Девчушка утирая слезы произнесла: — Его и вправду пронесло…попил сырого молока.
Теперь, утирал слезы я.
— Ты едешь учиться?
— Говорят тем, у кого способности, можно учиться бесплатно.
— Ну, если говорят…..
В дверь проснулась рожа «вождя апачей»: — Ты благ, еще пожалеешь, что связался с нами! — прошепелявила она, видимо так и не поняв преподанного ей урока.
— Убей его, — я кивнул одному из своих воинов.
Коротко кивнув, он мгновенно выскочил из-за стола и ударом ноги отправил торчавшую в дверях морду, во двор. Через секунду, раздался сочный чавк и предсмертное хрипение.
— Вот, что бывает, когда не слушаешь маму, — нравоучительно произнес я и продолжил с аппетитом кушать.
Жестокий век — жестокие сердца. Дебильным
мыслям о ценности человеческой жизни, я не стал предаваться. Этот идиот — сам выбрал свою смерть. Оскорбление благородного простолюдином, во все времена каралось весьма жестоко. А то что, я теперь благородный, просто добавило изюминки в мое поведение. Начал выступать, только получил в рыло, захотел продолжить — смерть. Будь готов, всегда ответить за свои слова. Всего лишь.
На девчушку расправа произвела шокирующее впечатление. Глазищи стали «по рублю».
— Думаешь, я сволочь и самодур?
Она судорожно кивнула и недоуменно смотрела на меня, неторопливо продолжающего есть, как ни в чем не бывало.
— Если бы они поймали тебя, что бы с тобой сделали?
— Наверное, отвели бы к судье?
Я засмеялся.
— А перед тем, как ты попала бы туда, семеро здоровенных мужиков не захотели бы познакомиться с тобой поближе? Хотя бы разок позабавиться с тобой?
Такая мысль ей видимо не приходила в голову.
Видимо представив описанные мною события, она мгновенно побледнела.
— А в камере тюремщики — святые?
Такая перспектива, совсем не приходила ей в голову, и вид у неё испуганной и ошарашенной, был презабавный.
— А то, что я попрошу тебя, о том же, в благодарность за спасение? Или вон отдам троллю? Она кинула короткий испуганный взгляд, на неторопливо жующего тролля.
— Но вы же, не сделаете этого милорд? — а глаза совсем детские, испуганные.
— Не сделаю. Ты просто дура. Как ты, умудрилась дожить-то, до сегодняшнего дня, с такой простотой?
— У бабушки.
Ответ заставил засмеяться даже Гмырта. С удовольствием посмеявшись, я спросил: — Кушать будешь?
— Я бы поела каши, — несмело ответила она, теребя воротник платья.
— Эй, хозяин! Мясо и кашу сюда! И моим воинам кувшинчик вина.
Рев с соседнего стола доказал, что душка-барон, как никогда близок к чаяниям народа.
Из размышлений на досуге.
Спокойно переночевав в гостинице и прихватив девчушку, по имени Стора, отряд благородного барона поехал дальше. Вопросов о происшествии в гостинице, мне никто задавать не стал. Я в своём праве. Что здесь, мне нравиться, никто не задается глупыми вопросами о справедливости или прочей чуши. Можешь силой доказать, свои претензии? Докажи! Нет? Сиди и не выступай. Многие из мирных жителей, видящих кровь только по телевизору, скажут в ответ на мой приказ убить, что это жестоко и так далее.
Я просто объясню, если бы воин не выполнил прямой приказ, недвусмысленно отданный ему, я бы просто убил его. Невзирая на заслуги и опыт. Потому, что прав начальник или нет, мы будем обсуждать потом, за чашкой чая. А в бою, именно в БОЮ! Я должен быть уверен, что мой приказ будет выполнен. А соплежуйские рассуждения о ценности человеческой жизни оставьте, на тот момент, когда вас начнут грабить или насиловать возле вашего подъезда. Там вы сможете проявить все свое красноречие, об общечеловеческих ценностях.
Я, такой как я есть! И меняться кому-то в угоду, староват-с. Сдохну, вместе со своими глупыми принципами, о верности и чести.
Извините, отвлекся.
Еще четыре дня, заняла дорога до следующего, «очага цивилизации».
В ночь, перед въездом в следующий город, мне приснился престранный сон.
Хотя следует упомянуть, что сны посещают меня все время, но этот поразил меня своим реализмом. Обычно сон, это сон, а тут я очнулся в подвале какого-то замка. В углу вонял и потрескивал факел. Поднявшись с охапки вонючей соломы, на которой я лежал, подошел
