Клин

— «О-Сознание» — тоже нечто большее, чем просто группировка. Тот, кто пытается «осознать», уже в какой-то мере может причислить себя к ней. Что же касается костяка, или, лучше сказать, головы группы — то нет, я не вхожу в число ее представителей. Но я бы не хотел заострять ваше внимание лично на мне. Я уже сказал, что занимаюсь нахождением общего языка с Зоной — для понимания моей роли этого вполне достаточно.
— И все же — как? — не унимался Серега. — Физически — как? Каким образом ты столь легко забрал мое влияние над зомби?
— Скорее не физически, а технически. Может, вы слышали о лаборатории Х-18? Так вот, сейчас я работаю именно в ней. Не стану вдаваться в физику процесса, но можете мне поверить, что у нас имеются технические возможности взаимодействовать с Ноосферой в некоторых достаточно узких направлениях. Должен заметить, уважаемый Сергей, что мы являемся всего лишь вашими последователями.
— Моими?!.. — Глаза моего брата, что называется, полезли на лоб.
— Разумеется, не лично твоими. Ведь ты же, прости меня за прямоту, был всего лишь простым исполнителем.
— Но я ничего не слышал ни о какой Ноосфере! В мое время это вообще считалось антинаучным понятием! Да и Зоны тогда никакой не было.
— Ну, до простых исполнителей не всегда доводят истинные цели. Чаще наоборот — делают все, чтобы они оставались для них неизвестными. Что же касается Зоны, то ее, конечно, в ваше время не было. Но это отнюдь не относится к Ноосфере.
— Хорошо, — сказал Сергей, — допустим. Я на самом деле не знал истинного смысла экспериментов, в которых принимал участие. Но тебе-то откуда о них известно?
— Странный вопрос, — усмехнулся Игорь Владимирович. — Если я всю сознательную жизнь, уже более шести десятков лет, занимаюсь Ноосферой, то, наверное, я должен быть в курсе всего происходящего в данной области, как сейчас, так и, тем более, в прошлом! Конечно, мне известно, в каких опытах ты принимал участие. Я даже знаю, что конкретно случилось с тобой в сорок восьмом году. Ты обладаешь уникальной способностью растворять свой разум в Ноосфере, как бы становиться ее непосредственной частицей. Но эта способность в тебе, что называется, дремала. Без некоторой помощи извне, без соответствующих приборов и установок ты бы о ней, скорее всего, так ничего бы и не узнал. Возможно, видел бы иногда некие странные сны, но вряд ли самостоятельно сделал бы из увиденного правильные выводы. Вашим же ученым удалось связать твой разум с Ноосферой. Пусть их помыслы были при этом не вполне достойными, но верный путь они нащупали правильно. Однако поскольку это было всего лишь начало пути и двигаться чаще всего приходилось, фигурально выражаясь, впотьмах и на ощупь, ошибки тоже были неизбежны. И не только ошибки, а непонимание высшего смысла, сути происходящего. Даже сейчас мы не вполне понимаем, почему так случилось, что выброс, произошедший в наше время, оказал влияние на прошлое. Но если нарисовать картину в упрощенном виде, то случилось так, что вашу лабораторию вырвало из вашего времени и перенесло не сюда даже, а в некое безвременье, в параллельную Вселенную, которая тем не менее связана и с текущим пространственно-временным континуумом. И уж совершенно точно — с Ноосферой Зоны. То есть твой разум растворился в здешней Ноосфере, а твое физическое тело осталось там, где оно и находилось до эксперимента. Возможно, это нарушало какие-то до сей поры неведомые даже нам законы, и тебя что-то привело в то место и в то время, где и когда стало возможно соединение твоего тела с разумом. Но перетянул именно разум, а не физическое тело, потому ты оказался здесь.
— А Фёдор? Почему же он оказался здесь?..
— У меня нет ответа. Есть только версии на уровне догадок. Возможно, процесс переноса затронул его, потому что он находился в тот момент рядом с тобой — скажем, диаметр временного пробоя был взят с запасом… А может быть Фёдор, его разум, тоже играет для Ноосферы большую роль.
— У меня еще вопрос… — посмурнел вдруг Серега. — Что будет, когда я вернусь домой? Не останется ли мой разум здесь?..
— Вот! — поднял указательный палец Игорь Владимирович. — Об этом я хотел поговорить с тобой в первую очередь. Дело в том, что вероятность такого исхода событий очень большая. Поэтому я предлагаю тебе не возвращаться домой, а остаться здесь. И не тратить время, здоровье и силы на дурацкое сталкерство, а поработать на науку, чем ты, собственно, и занимался раньше. Я предлагаю тебе место в моей группе. Полноправное место! Мы ничего не станем скрывать от тебя и не будем использовать тебя, что называется, втемную.
Я увидел, что мой двоюродный брат серьезно задумался. Мне стало не по себе. Это что же выходит, я останусь один?.. Но как же я смогу