Вот никогда бы не подумал, что я на такое способен! Привыкли мы к цивилизации. Стали мягкими и терпимыми. То ли дело раньше, в Средние века. Там с несогласными особо не панькались. Добрая сталь, она, знаете ли, к мягкости и терпимости особо не располагает. Не раз я жалел о том, что живу не в те времена. И вот надо же было такому случиться — попал я. Попал конкретно. Ага! В те самые времена и нравы. И попал не я один. Други мои тоже влипли. И ладно бы, если бы это были просто те времена. А добавьте сюда еще и магию. Представляете этот коктейль?
Авторы: Бадей Сергей
Сема. – Мы же еще ничего не успели сделать!
– Это вы думаете, что не успели, – сердито отозвался Фориэль. – А вот у меня другие сведения. Я представляю, что должно случиться, чтобы вы сказали сами: «Ну, мы и наворотили!»
– А конкретнее можно? – заинтересовался я. – Что за сведения и откуда они вот так вот, вдруг, появились?
– И ничего не вдруг! Утром я имел удовольствие встретиться с личным советником его величества. Он сообщил мне, что более двадцати оскорбленных мужей и отцов жаждут вызвать на поединок одного, а лучше двоих прибывших в столицу эльфов, чье поведение заставило их жен и дочерей забыть нормы морали. Но этого мало! Почти тут же граф Колмир, присутствовавший при короле, заявил, что берет этих двух достойных и благородных эльфов под свою защиту. И тот, кто захочет нанести этим эльфам обиду, будет иметь дело с самим графом и его друзьями – графом Унгоро и бароном Танарисом. Это заявление вызвало удивление, но заставило притихнуть горячие головы. Одновременно с этим о своей защите заявил орден Сумрачных Походов. А кавалерами его являются отпрыски самых влиятельных родов королевства. И хотя они еще ничем особым не прославились, но разнести под пьяную руку любой особняк по камушку эти молодцы вполне способны. Подобные прецеденты уже были. И вы говорите, что ничего особого не натворили? Если началось такое волнение? Ты говоришь, Владиэль, что Кетван пригласил тебя посетить таверну, в которой подается лучший эль? А знаешь ли ты, что Кетван – кавалер этого самого ордена? А таверна, совершенно случайно, не называется «У веселого Барбуса»?
– Ну то, что Кетван кавалер, я помню, – нахмурился я. – И вроде бы название его ордена такое. Но вот название таверны он мне пока не озвучил.
– Не вздумай давать согласие на то, чтобы стать членом этого ордена! – предупредил меня Фориэль. – Впрочем, я буду тебя сопровождать и лично прослежу за этим.
– Только давай сядем в каком–нибудь укромном уголке, – внес свою лепту Семен, – подальше от этих алкоголиков. Лучше будем оттуда наблюдать.
Фориэль внимательно посмотрел на Сему и кивнул, соглашаясь с его предложением.
– Учти! – строго сказал он. – Если ты начнешь делать глупости, я вынужден буду предпринять самые решительные действия. Вплоть до магического вмешательства.
– Что–то типа полетов крыши таверны над городом? – деловито спросил я.
– Нет! – отрезал посланник. – Что–то типа полетов одного лжеэльфа и нескольких человечьих лоботрясов под крышей таверны. – И, заметив нездоровый интерес в моих глазах, добавил: – Это еще не все! Сегодняшнее похмелье будет ничто по сравнению с тем, что постигнет тебя в случае неразумных действий.
А вот это уже было серьезно! Пришлось дать торжественное обещание, что я ограничусь только дегустацией эля и дружеским общением с Кетваном.
– Да что вы имеете против этого ордена? – все же поинтересовался я.
– Ничего, – честно признался Фориэль. – Мы выше этого. Просто, если кто–то из эльфов вступит в человеческий орден, даже если это и не настоящий эльф, то весь наш народ здорово проиграет на этом. Ведь получится, что мы открыто признаем то, что и среди нас есть придурки.
Фориэль удовлетворенно щурился. По его мнению, посещение таверны удалось на славу. Надо ли говорить о том, что я придерживался противоположного взгляда?
Каждый глоток эля, который и вправду был отличным, я делал под пристальным взглядом этих двоих извергов. Они хищно гипнотизировали меня взглядом из своего угла, где был устроен наблюдательный пункт.
Кетван со товарищи встретили нас у нашего особняка и проводили в таверну, которая действительно называлась «У веселого Барбуса». Соорденцы Кетвана оказались веселыми парнями и неплохими собеседниками. Они быстро сообразили, что два эльфа осуществляют негласный надзор над третьим. Видимо, именно поэтому предложений по вступлению в их славный орден не последовало. Вместо этого звучали многочисленные тосты, прославляющие блестящего бойца с нечистью, второго блестящего бойца с нечистью, человеческо–эльфийскую дружбу и эльфийско–человеческую соответственно.
Каждый раз, когда я выпивал чарочку (ну не чарочку, а кружечку), напряжение в углу, занимаемом моими надзирателями, нарастало. Когда видимых последствий не наблюдалось, оно так же неохотно спадало.
Мне пришлось рассказать о славном побоище во владениях барона Каронака, как это происходило, и об ударах, коими я потчевал упырей. Ну что можно рассказать об ударах? Их же надо показывать! Именно к этому мы и приступили, когда первая неловкость была
