Вот никогда бы не подумал, что я на такое способен! Привыкли мы к цивилизации. Стали мягкими и терпимыми. То ли дело раньше, в Средние века. Там с несогласными особо не панькались. Добрая сталь, она, знаете ли, к мягкости и терпимости особо не располагает. Не раз я жалел о том, что живу не в те времена. И вот надо же было такому случиться — попал я. Попал конкретно. Ага! В те самые времена и нравы. И попал не я один. Други мои тоже влипли. И ладно бы, если бы это были просто те времена. А добавьте сюда еще и магию. Представляете этот коктейль?
Авторы: Бадей Сергей
приперлись? Ворота посмотреть? Так их и издали видать.
– Ну убедиться–то, что никого не пускают, надо было.
– Ясно! – вздохнул я. – Поехали устроимся и завтра по этому большому базару побродим.
Далеко ехать не пришлось. Гостиница с символическим названием «Поломанная кирка» находилась неподалеку от ворот. Впрочем, на первом этаже располагалась таверна, а сами номера находились на втором этаже.
– Хозяин! На постой принимаешь? – осведомился, заходя внутрь, Онтеро.
– Отчего же не принять, если у благородных господ деньги имеются? – улыбнулся нам благообразный гном. – Меня зовут Логкар.
Конечно, словосочетание «благообразный гном» звучит дико, но тем не менее этот гном был наиболее благообразным из всех до этого встреченных нами. Кучери его были тщательно причесаны и не торчали наподобие вороньего гнезда, как у Гленда Аронуса. Борода и усы тоже были в полном порядке. На кончиках усов даже бантики из тряпиц были завязаны. Приходилось проявлять поистине героические усилия, чтобы сдержать смех, который самым подлым образом подбирался к горлу при виде подпрыгивающих от разговора тряпиц.
Как только был улажен финансовый вопрос, в силу вступило знаменитое гномье гостеприимство под лозунгом: «За деньги и маму родную!» У нас это же носит смысл: «Любой каприз за ваши деньги!» Стоило только высказать пожелание, как все бросались его выполнять, но перед этим с точностью калькулятора нам сообщалось, сколько это будет стоить. Приходилось быть очень осторожным в своих желаниях.
– Ничего, ничего! – бормотал Валерка, посматривая на стяжателей. – Утром у вас будет полный набор! Когда Влад проснется, у вас тут уже будет вся сотня рыжебородых. Хозяин! А вот этому благородному господину бочку ключевой воды в номер. Он любит утром умываться.
– Как пожелаете! Это будет стоить еще тридцать серебреников.
– Я не Иуда! – сообщил Валерка мне, когда мы все вчетвером собрались в комнате. – Я тебя за тридцать серебреников не продам. Ты уж не подведи, а!
– Да уж! – задумчиво сказал Сема. – Если Валера кого–то не полюбил, то не полюбил!
– А когда это было, что бы мы двадцать золотых за одну ночь отдавали? – огрызнулся Валерка.
– Так ведь тут столица! Тут все дороже, чем на периферии. Столько всех собирается – продать или купить! А переночевать где–то надо? А поесть? А привести себя в порядок? Грех не заработать на этом! Вот и зарабатывают. Зато здесь можно купить все! Все, что производится у гномов, людей и эльфов.
– Ну положим, не все, – задумчиво сказал Онтеро. – Есть вещи, которых ты не найдешь ни на одном базаре, как бы ни искал.
– Это называется «ноу–хау», – пояснил Валерка с умным видом.
– Какое «ноу–хау»?! Ноу–хау – это технология, а не товар! – поправил Сема. – Товар может быть продуктом ноу–хау, но не более.
Онтеро нахмурил брови, пытаясь вникнуть в суть спора.
– Ребята, давайте попроще! Вот тут есть как минимум две личности, которым вся ваша болтовня непонятна. Какое отношение имеет технология к базару в Квартерхаме? А что касается того, что не все продается… Ну зачем тем же гномам эльфийские стрелы, если ими никто, кроме самих эльфов, не пользуется? Или, к примеру, кольчуга, рассчитанная на гнома. Ее что, будут человек или эльф покупать? Я так понимаю, что на продажу выставляются вещи, которыми могут воспользоваться все. Или, по крайней мере, большинство.
– Вот завтра и посмотрим! – подвел итог Семен, поднимаясь. – А сейчас я пойду отдыхать. И вам советую! Ходьба по таким базарам – дело утомительное.
Скажу без ложной скромности, я оправдал надежды Валеры. Весь персонал отеля был в шоке, когда я вышел из комнаты. Логкар, нервно оглядываясь по сторонам, попытался было мне объяснить, что столь громкие звуки в столь неурочный час беспокоят постояльцев. Пришлось мне, в свою очередь, объяснить ему, что я могу за свои деньги позволить себе что угодно, в том числе и столь громкие звуки. А хорошая звукоизоляция – это уже забота самого хозяина.
Ребята, в общем, уже привычные к этому, восприняли побудку спокойно. Онтеро оптимистично заметил, что в Арондэле уже давно думали ввести какой–то сигнал для того, чтобы жители знали, что наступило утро. Мои вопли в качестве такого оповещения подходят как нельзя лучше. Другие постояльцы, вырванные из постелей моими вокальными упражнениями, повыскакивали из комнат и раздраженно пытались выяснить, что, собственно, происходит. Естественно, выяснить они в первую очередь хотели у первоисточника, то есть у меня. Но когда их взгляд падал на мою личность, особенно на рукоять «Кленового Листа», выглядывающую из–за моего плеча, и широкую ласковую улыбку, желание пообщаться со мной
