Вот никогда бы не подумал, что я на такое способен! Привыкли мы к цивилизации. Стали мягкими и терпимыми. То ли дело раньше, в Средние века. Там с несогласными особо не панькались. Добрая сталь, она, знаете ли, к мягкости и терпимости особо не располагает. Не раз я жалел о том, что живу не в те времена. И вот надо же было такому случиться — попал я. Попал конкретно. Ага! В те самые времена и нравы. И попал не я один. Други мои тоже влипли. И ладно бы, если бы это были просто те времена. А добавьте сюда еще и магию. Представляете этот коктейль?
Авторы: Бадей Сергей
мир? – просто ответил он вопросом на вопрос.
Я понял, чем менталитет эльфов отличается от менталитета людей. Да, они не любят незваных гостей и встречают их очень жестко, если не сказать – жестоко. Но в них нет такой алчности и желания заграбастать все, до чего дотянутся руки, как у людей. Им хватает своего. Они желают жить на своем куске земли, и жить по своим законам. Им не нужно чужого. И они не хотят учить других жить так, как живут они. Не знаю, может быть, это и плохо – замкнуться в своей коробочке, и пусть весь мир загибается. Тут уж я не могу судить.
Начались изматывающие тренировки. Орантоэль требовал от меня, чтобы я научился переходить в скоростной режим быстро и непринужденно.
– У тебя, Влад, когда на тебя нападут, не будет времени настроиться и приготовиться, – втолковывал он мне. – Ты не сможешь попросить нападающих подождать, пока ты войдешь в это состояние. Значит, ты должен уметь входить в него мгновенно, минимальным усилием воли, а то и без участия сознания, рефлекторно.
Надо сказать, что это у меня хоть и не сразу, но начало получаться. Все меньше времени мне требовалось, чтобы войти в измененное состояние и ускоряться. Причем и скорость в этом состоянии стала возрастать.
Орантоэль с удовольствием, но все же и с некоторым удивлением следил за моими успехами.
– Вот уж не думал, что люди тоже могут такое! – сообщил он мне после того, как я в диком темпе прошел по всей поляне, рубя манекены, расставленные на ней в произвольном порядке.
– Могут! – бросил я, вытирая пот.
Знал бы он! У нас люди всякое могут. Нет, не все, конечно, но некоторые могут. А может быть, они бы тоже изменились, попав сюда, как Семен? Впрочем, это вопрос риторический. Не попробуешь – не узнаешь. Я же вот не изменился!
Как всегда, в такие моменты я рефлекторно проводил рукой по ушам – не заострились ли, сердечные? Нет? Ну слава богу!
Орантоэль начал давать мне все более сложные связки, комплексы приемов с отвлекающими движениями, заставляя повторять их неисчислимое количество раз до полного изнеможения. Тренировочные бои становились все реже, но все более ожесточенными. Причем к каждому из этих боев не только я готовился тщательно, что естественно, но и Орантоэль. В таких боях мастер запрещал мне ускоряться, мотивируя это тем, что при ускоренном движении легких ран не бывает.
Орантоэль требовал от меня спать вполглаза, устраивая неожиданные побудки. Я при этом должен был вскакивать в полной готовности к боевым действиям. Он учил меня мгновенно ориентироваться в любой ситуации. Но, несмотря на то что я успешно все это осваивал, Орантоэль хмурился все больше и больше.
– Не сделал ли я ошибки, Влад? – печально спросил Орантоэль, когда мы однажды сидели у Хрустального ручья.
– Я как–то не заметил ошибок в этом бою, – устало отозвался я.
– В том–то и дело, что с твоей стороны не было допущено ни единой ошибки.
– Так это же хорошо!
Орантоэль отрицательно покачал головой:
– Я не припомню случая, чтобы за столь короткий срок кто–то смог достичь таких же успехов, как ты. По некоторым моментам ты превзошел даже меня! Такого я вообще не мог себе представить. И вот я спрашиваю себя, да и тебя тоже: не допустил ли я ошибки, обучая тебя? Ты стал бойцом очень высокого класса. А ну как ты обратишь свое оружие против нас? Ты знаешь, что тебя еще отличает от всех людей?
Я, ошарашенный такой постановкой вопроса, только покачал головой.
– Тебя принял лес! Невиданное дело! Ты научился передвигаться по нему подобно нам – детям леса. И теперь представь себе: такой боец становится нашим врагом…
Орантоэль замолчал, выжидающе глядя на меня. Я же озадаченно почесал затылок.
– Орантоэль, ты что, с мэллорна упал? Причем, наверное, с самой его верхушки. Какого демона ты решил, что я собираюсь стать вашим врагом? Вы все–таки нас с Семеном приютили, пригрели, накормили да и обучили. И что? В благодарность за это я должен стать вашим врагом?
– Ну я не говорил, что ты должен им стать, – печально улыбнулся мастер. – Я сказал – что если ты им станешь. Людям не свойственно чувство благодарности.
– Не расписывайся за всех людей! – сухо отрезал я. – Я помню все, что вы для меня сделали, и благодарен вам за это. А врагом я могу стать только для того, кто по–крупному меня обидит. Вы в это число не входите!
– Сегодня нет, а завтра? – помолчав, спросил Орантоэль.
– Слушай, ты уже вроде бы неплохо меня знаешь? Я похож на того, кто легко меняет свои принципы и взгляды? Я давал хотя бы раз повод для таких подозрений?
Орантоэль очень внимательно всмотрелся в меня.
– Если ты поклянешься, что не поднимешь оружие против нас…
– Я не люблю клясться вообще! –
