Вот никогда бы не подумал, что я на такое способен! Привыкли мы к цивилизации. Стали мягкими и терпимыми. То ли дело раньше, в Средние века. Там с несогласными особо не панькались. Добрая сталь, она, знаете ли, к мягкости и терпимости особо не располагает. Не раз я жалел о том, что живу не в те времена. И вот надо же было такому случиться — попал я. Попал конкретно. Ага! В те самые времена и нравы. И попал не я один. Други мои тоже влипли. И ладно бы, если бы это были просто те времена. А добавьте сюда еще и магию. Представляете этот коктейль?
Авторы: Бадей Сергей
Это же управляемое и ускоренное выращивание. То есть с уже заданными свойствами!
– Сема! – ответил я, не открывая глаз. – Я на Земле многого представить не мог. Это ты верно заметил. Особо хочу отметить, что я не мог представить и ту бяку, которую ты мне подсунул, затащив в пещеру. Но раз уж здесь существует магия, то выращивание зеленых насаждений, пусть даже ускоренное и с заданными свойствами, меня не особо впечатляет.
– Ну нет у человека фантазии! – горестно воскликнул Семен. – Его интересуют исключительно прозаические вещи – пожрать, поспать да железом помахать!
Я еще долго слышал горестные сетования удаляющегося от нашего жилища Семена.
Эх! Все хорошее когда–нибудь заканчивается. Эта нехитрая истина пришла мне в голову, когда я собирал в свой станковый рюкзак нехитрые пожитки. Земную одежду приходится оставить здесь. Куда же в ней идти? Нет, конечно, идти–то можно, но вот куда в итоге попадешь? Вот ведь вопрос. Вряд ли местные законодатели мод имеют хотя бы приблизительное представление о том, что такое джинсы, кроссовки, ветровка, да и обо всем остальном, что является на Земле непременным атрибутом современного человека.
Решен вопрос был просто и незамысловато. Смотались с местным портным к официальному входу в лес, подсмотрели покрои одежд людей и соорудили нечто подобное. К тому же, по распоряжению правителя, мне выдали: эльфийские сапоги – одна пара, плащ эльфийский – одна штука, рекомендации по использованию – один свиток.
Кстати, у меня были сомнения и насчет рюкзака. Стоит ли и его брать? Но, с другой стороны, уж очень он удобен.
– Так! И куда это ты собираешься?
Семен пришел. И как это у него получается?
– Да вот. Погостил. Пора и честь знать, – отозвался я, поворачиваясь к Семе.
– А почему сам? – Сема, нахмурив брови и уперев руки в бока, всем своим видом выражал возмущение и оскорбленное разочарование в своем друге, то есть во мне.
– Понимаешь… – Я тяжело вздохнул и присел на табурет. – Я тут подумал. Ну зачем тебе лезть в это дело? Тебе тут еще многому надо обучиться, многое осознать, и все такое… Я быстренько смотаюсь на разведку, посмотрю что да как и вернусь.
Не хотел я рассказывать Семену, что накануне схлестнулся с Мармиэлем. Схлестнулся так, что этот хмырь улетел в кусты, не успев применить ни одного из своих пакостных заклинаний. Теперь я очень сильно сомневался, что мое присутствие ускорит решение вопроса о возвращении на родную Землю. Пусть хоть у Семы будет возможность вернуться.
– Ты, я вижу, решил, что, став эльфом, я забыл о том, о чем забыл как раз ты, – тихо сказал Семен. – Ты решил, что я забыл о чести, дружбе и совести. Ты решил, что я променял все это на безопасную и долгую жизнь здесь. Спасибо, друг! Огромное тебе спасибо за то, что ты так обо мне подумал!
– Подожди, Сема!..
– Нет, это ты подожди! – Семен с яростью посмотрел на меня. – Если ты о том, что начистил нюх Мармиэлю, то я знаю об этом. Он до сих пор шипит и плюется! Вот уж не знал, что гематомы бывают и у эльфов! Ты ему подвесил великолепный фонарь. Но меня не интересует, что там у вас произошло! Почему ты решил идти один? Вот что меня интересует!
– Да потому! – в свою очередь не выдержал я. – Если я останусь, то Мармиэль и иже с ним и не подумают находить решение по нашему возврату. А так все–таки шанс есть. Зачем нам рисковать вдвоем? Я подготовлен, я человек, мне будет легче приспособиться. Зачем тебе расплачиваться за мою несдержанность?
– Дурак ты, Влад! – невесело усмехнулся Семен. – Такой здоровый, а дурак. Ты думаешь, что мне будет легче? Знать, что ты где–то бродишь, подвергаешь себя опасностям быть раненым или убитым, и жить здесь мне будет легче?
Вот уж не думал, что чувство стыда мне еще свойственно. Несомненно, это оно! Что еще может заставить запылать мои щеки и уши? Что еще может заставить опустить глаза и бояться встретиться взглядом с глазами друга? Что еще может заставить чувствовать себя так мучительно неловко и паскудно?
– Прости, Семен, – выдавил я. – Кажется, я действительно спорол чушь.
– Еще и какую! – подтвердил Семен.
– Но идти все равно надо.
– Вместе?
– Ну да.
Семен присел на табурет, рассматривая мой рюкзак.
– Тебе не кажется, что с этим рюкзачком у тебя могут быть проблемы в большом мире?
– Кажется, – вздохнул я. – Есть предложения?
– Есть! – улыбнулся Семен. – Сейчас принесу.
Я так понимаю, что получил прощение? М–да, некрасиво получилось. Урок, однако!
Когда я вытряс все из своего рюкзака и в позе роденовского мыслителя восседал
