Вот никогда бы не подумал, что я на такое способен! Привыкли мы к цивилизации. Стали мягкими и терпимыми. То ли дело раньше, в Средние века. Там с несогласными особо не панькались. Добрая сталь, она, знаете ли, к мягкости и терпимости особо не располагает. Не раз я жалел о том, что живу не в те времена. И вот надо же было такому случиться — попал я. Попал конкретно. Ага! В те самые времена и нравы. И попал не я один. Други мои тоже влипли. И ладно бы, если бы это были просто те времена. А добавьте сюда еще и магию. Представляете этот коктейль?
Авторы: Бадей Сергей
над этой кучей, появился Семен. В руках у него была небольшая сумочка из плотной на вид ткани. Кожаный ремень, чтобы носить это творение на плече, и трогательные завязочки, дабы не вываливалось то, что в сумочке находится.
Наваленная на полу куча добра настолько не вязалась с величиной сумки в руках Семена, что у меня не хватило слов. Это вообще–то редкий случай, чтобы у меня не хватало слов. Обычно их более чем достаточно. И я вываливаю их все на того, кому не повезло в этот момент оказаться рядом.
Семен хитро подмигнул мне и наклонился над кучей вещей, очевидно намереваясь все это собрать в свой мешочек.
– Маловата кольчужка будет! – наконец изрек я.
– Это ты так думаешь, – невозмутимо отозвался Сема, запихивая вещь за вещью в сумку.
Когда он выпрямился, у меня снова наступил дефицит слов. На ПОЛУ НИЧЕГО НЕ ОСТАЛОСЬ! То есть абсолютно. Сумка, на вид не особо полная, висела на плече ехидно скалящегося Семена.
– Ну как? – спросил довольный произведенным эффектом Сема.
Я молча взял у него сумку и чуть не уронил ее на пол. А тяжела сумочка!
– Может быть, объяснишь? Как все это в такую сумочку влезло?
– Это безразмерная сума, – самодовольно пояснил Семен. – Эльфы ее используют для переноски большого количества вещей. Последнее достижение, между прочим! Ты посмотри, какой дизайн! При оформлении использовались элементы народного фольклора.
– Ага! Сейчас и я использую фольклор, – огрызнулся я, – только боюсь, что он будет совсем уж народный. Ты толком можешь объяснить? Что такое безразмерная, если ее видимый размер не изменяется? И почему эта зараза такая тяжелая?
Семен снова уселся на табурет. По его виду я понял, что сейчас меня ожидает пространная лекция. Вот оно, дурное влияние всяких там Мармиэлей! Помнится, тот тоже вот так готовился произносить свои речи. Кстати, я его достал именно во время такой вот подготовки. Он как раз собирался прочесть мне очередную лекцию на тему превосходства эльфийской расы над всеми остальными. В качестве всех остальных он предполагал использовать меня. «Меня» использоваться не захотел, а так как весь предваряющий разговор шел в довольно оскорбительном ключе, то я, по–простому, дал ему по фотографии. Не знаю, как остальные эльфы, но Орантоэль был этим обстоятельством доволен.
Да! Что–то я отвлекся. Семен уже начал рассказывать мне о технологии производства безразмерных сумок.
– …А вот с весом как раз еще придется поработать, – закончил он просветительскую часть. – Тут, конечно, есть уже неплохие варианты решения, но они требуют определенных действий. Кстати, какой предмет я засунул сюда последним?
– Склероз, батенька? – ехидно осведомился я. – Как сейчас помню, это была упаковка с эльфийским хлебом. Кило на десять потянет.
– И сколько сумка, по–твоему, весит? – осведомился Семен.
Я взвесил сумку на руке. Хм! Однако!
– Примерно столько и весит.
– А теперь вынь хлеб и последним засунь что–нибудь полегче, – распорядился Сема.
Ну, вынул!
– Засунь упаковку снова, а затем этот плащ.
– Эй! У тебя с мозгами все в порядке? Что это ты: вынь, засунь? Если хочешь, то сам вынимай и засовывай, – раздраженно сказал я.
– Ты не спорь! Делай, как я тебе говорю! – терпеливо сказал Семен.
Я запихал в суму упаковку, втолкал вслед за ней плащ и вопросительно уставился на Сему, ожидая дальнейших, достаточно бессмысленных, на мой взгляд, инструкций.
– А теперь взвесь!
– Ну ни … себе! – вырвалось у меня.
Сумка стала значительно легче.
– Вот тебе и одно из решений, – покровительственно улыбнулся Семен. – Сумка приобретает вес последнего предмета, который ты в нее положишь.
– Так, значит, если в нее запихать, скажем, тонну свинца, а потом воткнуть коробок спичек, то она будет весить как коробок спичек? – озадаченно спросил я.
– Да, – невозмутимо ответил Семен, но потом его брови полезли вверх. – А зачем тебе тонна свинца?
– Пока еще не знаю, – отмахнулся я, – но я рассматриваю варианты.
Семен не поверил. Он очень подозрительно косился на меня.
– Смотри, Влад! Ты тут, пожалуйста, без своих постоянных фокусов! – наконец изрек он. – Если ты там что–то задумаешь, то хоть меня предупреди, чтобы я знал – куда и когда убегать. Тебе–то что? С тебя как с гуся вода, а мне отдуваться.
– Это когда ты за меня отдувался, хмырь ушастый? – возмутился я.
– Напомнить? – прищурился Семен. – А за «хмыря» можно и по шее схлопотать!
– Ты сначала до нее дотянись! – ухмыльнулся я.
Но в чем–то Семен прав, было пару раз, когда ему пришлось прикрывать мою пятую точку. И еще пару раз, о которых Семен даже и не догадывается.
