Клинок его Величества

— Ага… — Илзе провернулась в моих объятиях, заглянула в мои глаза и криво усмехнулась: — Твоя сестра далеко не дура. Очень скоро она поймет, что принадлежность к вашему роду все равно сделает ее лакомым кусочком для того, у кого есть к вам хоть какие-то счеты…
— И?
— И тогда она сделает следующий шаг: решит, что сегодня я ее обманула. А я слишком ценю расположение твоей сестры, чтобы ставить его под удар…
Да, Илзе была права — Айлинка умела либо любить, либо ненавидеть. И манипулировать ею действительно не стоило!
— Знаешь, я тебя уважаю! И счастлив, что Судьба привела меня к тебе…
— Уважаешь? — Илзе посмотрела на меня таким взглядом, что я мгновенно забыл про Айлинку, про червивые яблоки и про все, что с ними связано. — Правда?
— Ты же Видящая… — хрипло выдохнул я. Потом заставил себя оторвать взгляд с ее губ, посмотрел в глаза и добавил: — Смотри…
На завтраке Айлинка была на редкость молчалива: с момента, как мы сели за стол, и до фразы отца ‘все свободны’ она сказала всего несколько слов. ‘Доброе утро’ и ‘спасибо’. Мало того, вместо планируемой примерки она унеслась к Кузнечику и часа четыре(!) рубилась с ним на мечах. Тоже молча. А когда довела себя до полного изнеможения, выскочила в окно. В Кристальную. И плавала там до посинения.
Ни Кузнечик, ни мама, ни, тем более, я ей не препятствовали. Считая, что она должна сама разобраться со своими мыслями. Однако присматривали.
Вернее, присматривали за ней только я и Илзе. Я — пока мы тренировались, и потом, сидя на подоконнике, и глядя на то, как она плавает, а Илзе — после купания. Когда сестра, наконец, отправилась мыться.
Решив, что это мероприятие затянется надолго, я отправился к Брюзге — поинтересоваться, когда, по его мнению, можно будет провести вторую инициацию.
Короткая пробежка по коридорам — и я, открыв дверь его мастерской, удивленно хмыкнул: шевалье Рутис был не один! На ложе, стоящем в центре комнаты, восседала леди Даржина! И, со страшной силой размахивая руками, что-то рассказывала.
Увидев меня, Брюзга недовольно прервал разговор. Правда, тут же отложил в сторону перо, встал из-за стола и склонил голову. Так, как полагается при виде наследника своего сюзерена.
Впрочем, тонкости его поведения меня нисколько не интересовали — во-первых, род Рутисов был у нас на особом положении, а во-вторых, мне очень хотелось знать, о чем он разговаривал с Нейзер.
Скрыть свои мысли от нее мне, конечно же, не удалось. И на лице леди Даржины расцвела понимающая улыбка:
— Любопытно, что я тут делаю?
Я кивнул. И мысленно отметил, что улыбающейся эту женщину я еще не видел.
— Да вот, решила рассказать Рутису о том, как обучают Видящих…
Я онемел! Решила рассказать? Да еще пару дней назад я был уверен, что такое просто невозможно!
Насладившись моим состоянием, Нейзер улыбнулась еще шире, потом спрыгнула(!) с ложа, наклонилась, и, прикоснувшись пальцами к подолу собственного платья эдак на ладонь ниже колен, выпрямилась:
— Вы видели?
Я не понял, что она имела в виду, но на всякий случай кивнул.
Правильно оценив мой кивок, леди Даржина фыркнула:
— Видели, но не поняли! Я хотела показать, что совсем чуть-чуть не достаю руками до пола! Рутис вправил мне спину, и теперь она гнется и почти не болит!
— Он может еще и не то… — улыбнулся я. — Искренне рад, что вам полегчало…
Нейзер посерьезнела, по-птичьи склонила голову и криво усмехнулась:
— Мда… Никак не привыкну к тому, что вы говорите именно то, что думаете… И… знаете, юноша, кажется, я поняла, почему Илзе сбежала из Свейрена…
Я пожал плечами. И попытался вернуть разговор в прежнее русло:
— Будь я на ее месте, сделал бы то же самое… Кстати, леди Даржина, как далеко вы продвинулись в описании способа обучения Видящих?
— Мы только начали… — ревниво посмотрев на Брюзгу, буркнула старуха. — И если вы действительно хотите ознакомиться с результатами нашего труда, то нам лучше не мешать…
Словосочетание ‘нашего труда’ меня убило. Наповал. Поэтому я молча склонил голову, сделал шаг назад и вышел в коридор…
…Не успел я усесться на пуфик, стоящий в нише напротив комнаты для омовений, как из дверей выплыла Айлинка. Именно выплыла и никак иначе: сестра двигалась так, как будто была одета не в камзол и шоссы, а в платье с кринолином!
Степенно подойдя ко мне, она улыбнулась и вместо удара в грудь… поцеловала меня в щеку:
— Спасибо, братик! Я тебя люблю…
Прежде, чем я сообразил, что сказать ей в ответ, она хихикнула, сорвалась с места и чуть было куда-то не унеслась. В общем, если бы я не был готов к любым неожиданностям, то не успел бы поймать ее за камзол:
— Постой! А где Илзе?
— Общается с мамой…
— Это